В парке по утреннему времени было пусто. Февральский ветер гнул голые ветки и швырял в лицо мелкую ледяную крошку — не то снег, не то замерзшие дождинки. Мы медленно шли по дорожке. Я норовила даже в нескользких ботинках поскальзываться, доставляя, видимо, немало неприятных моментов эльфу. После третьего раза, он просто больше не отпускал мое плечо. Идти стало легче. Намного.
Неспешно дошли до пруда и сели на расчищенную скамейку. Утки жались к берегу, поглядывая на нас своими черными бусинками. Я смотрела на серую воду и думала о том, что февраль в Англии — самый безнадёжный месяц в году. И мне даже нечем покормить этих нахохлившихся недовольных пернатых.
— Ты не хочешь мне ничего сказать? — спросил Эйрнан. Третий раз за последние дни. А может, четвёртый.
Он смотрел на уток, но не на меня. Я смотрела на него. Какие уж тут утки…
— Нет, — ответила я, помедлив. — Нет. Ничего.
— С тобой все в порядке?
А это что-то новенькое. Голос ровный, но мне почему-то почудилось беспокойство.
— Ты про то, что меня тошнит? Так бывает в… некоторые дни.
— Раньше не было.
— И дней таких не было, — я отвернулась и тоже стала смотреть на уток. Еще я перед эльфом не отчитывалась, регулярный у меня цикл или как. — Ты же знаешь.
— Я не спрашивал, — проинформировал он меня. — Но это не очень хорошо, так?
— Не знаю, — я пожала плечами и поежилась. — Мне всегда переходы туда-обратно давались тяжело… я не могу, понимаешь? Я везде чужая. Может, от этого?
Он промолчал почему-то. А я ожидала, что скажет что-нибудь. Или посмотрит. Или обнимет хоть. Он был единственной моей опорой, единственным моим оберегом в обоих мирах.
Сказки не лгали. Нельзя безнаказанно зайти в страну фэйри. Нельзя безнаказанно любить ее обитателя.
— Здесь холодно, — сказал он. — Вон там кафе. Зайдём?
Кафе оказалось совсем маленьким, с низкими потолками и деревянными столиками на двоих. Пахло кофе и выпечкой. Мы сели у окна. Я — ближе к стеклу. Эйрнан — в углу, спиной к стене. Как всегда.
Он взял себе кофе, мне заказал чай. Сидел, закрыв глаза, очень медленно глотал горячую жидкость. И выглядел сосредоточенным и почему-то усталым.
— А с тобой что? — тихо спросила я.
На самом деле, ответа я не ждала. В лучшем случае недовольный взгляд. Но он действительно плохо выглядел. Клятва за эти дни оживала только один раз. И сейчас точно была не она. Но что?
— Так всегда на земле, — помедлив, ответил эльф. Глаз он так и не открыл. — Мне сложно здесь. Тяжело. Спать нужно, усталость постоянная… Это не опасно. Но неприятно. И особенно неприятно, что ты заметила.