Кое-как успокоив девчонку, я наконец добрался домой. Мама мне приветливо улыбнулась и тут же вернулась к пеленанию Насти. Она вообще после рождения дочки ко мне не то чтобы охладела, но перестала так трястись, как раньше. Отца и вовсе дома не было — я днем приехал, на заводе смена еще не окончена.
— Слышала про отца Кати? — спросил я маму, налив себе чай.
«Спасибо» Насте, теперь вода в нашей комнате была довольно часто, в том числе и кипяток. Ребенок требует в разы больше требований к гигиене, чем взрослый.
— Да, — вздохнула мама, приложив Настю к груди.
— И что думаешь?
— Не знаю, Сережа. Но на сердце неспокойно. Времена нынче такие, что все может быть. Даже самое жуткое.
Понятно. Мама в своем репертуаре — о плохом сразу думает. Прекратив расстраивать ее мыслями о пропаже соседа, перевел тему на свою поездку. Вот тут она сразу оживилась и с удовольствием слушала мой рассказ.
В течение следующих трех дней я снова был звездой нашего класса. Один плюс — Семен Валерьевич похоже свое обещание выполнил, потому что девочки больше ко мне не липли. Во всяком случае так, как это делали до поездки. Сейчас они относились ко мне так же, как пацаны — им было интересно, как прошла экскурсия, глаза у них горели решимостью стать лучше, чтобы в следующий раз тоже съездить в другой город, а на меня посматривали с завистью. Но и только, вроде как никто больше «обуздать» мою тушку не стремится.
А вот Игорь так и не появлялся. Через два дня после приезда в очередной раз смотря на опухшее от слез лицо Кати я не выдержал и сходил с ней в милицию. Но там лишь развели руками. Таких пропавших, как Игорь, оказалось сотни. И очень часто по словам милиционера большинство просто уходит в запой. Это что касается мужиков. Вот когда дети теряются — тогда они ищут сразу. А сейчас нам предложили еще подождать.
— Ничего, — обратился я к Кате, когда мы покинули милицейский участок, — я отряд подниму — если надо, всей школой будем твоего отца искать!
Ребята из пионерского отряда конечно не отказались помочь. Первым делом я спросил Катю, когда она последний раз видела папу и что он говорил. Может делился, куда собирается ехать. Или что делать. С кем-то встретиться может хотел.
— Не, все как обычно, — замотала головой девчонка. — Оделся, да к дядьке Никифору пошел.
— Зачем? — тут же навострил я уши.
— Так у него подворье, где папа Уголька держит и бричку. Не оставишь же их на улице, а у нас не свой дом, сам видишь.
Вот и первая зацепка! Лошадь у извозчика — как машина у автомобилиста — первый след. И ведь все лошади разные, одинаковых не найдешь.