— Хм, не знал этого…
— Не сердись на Бромми. В сложившейся ситуации адмирал сделал все, что смог. Если верить газетам, им захвачено по меньшей мере три десятка английских судов и еще какое-то количество французов. Сколько бы ты ни потратил денег на выкуп и вооружение «Ганзы», они неоднократно себя окупили.
— Да и сам он недурно заработал. Ладно, в конце концов, как говорят у нас в России, сколько веревочке не виться, а конец будет… тем не менее, я не намерен прекращать рейдерство. Пока не кончится война, мы будем продолжать охоту в океанах!
— О, тут мы не имеем ничего против! — кивнул Вильгельм. — Просто помни, что твои корабли не смогут пользоваться гостеприимством в наших портах долее, чем это позволяют правила нейтралитета.
— Да ради Бога, — ухмыльнулся я, решив не указывать на тот факт, что у Пруссии не так много портов, чтобы это имело хоть какое-то значение.
— Я рад, что ты так все воспринимаешь, — принял мои слова за чистую монету дядя. — Наши семьи и страны дружат уже много лет, а твой благородный отец был не меньшим пруссаком, чем любой из нас…
— И, тем не менее, вы склоняетесь к союзу с Австрией.
— К оборонительному союзу, — поправил меня помалкивавший долгое время король. — И не более того…
— А если австрийцы решат присоединиться к британцам и французам?
— Но это решительно невозможно!
— Отчего же? Император Франц-Иосиф хоть и молод, но уже успел показать себя неблагодарной свиньей. Он уже готов предать своих друзей, вопрос лишь в том, сколько ему за это предложат… неужели вы и вправду готовы таскать для него каштаны из огня?
Услышав последний вопрос, прусские дядюшки напряженно переглянулись. Судя по всему, такие мысли уже приходили им в голову. Но пока они еще не пришли к общему мнению.
— Воля ваша, дорогие родственники, но мне почему-то кажется, что, если вы поддержите Вену, австрияки непременно втянут вас в какую-нибудь идиотскую авантюру. И наоборот, если вы останетесь нейтральными, Франц-Иосиф будет сидеть тихо, как мышь под веником.
— Хорошо сказано, мой мальчик! — захохотал Адальберт.
— Мы еще подумаем над этим вопросом, — недовольно зыркнул на него Вилли. — И дадим тебе ответ в самое ближайшее время.
— Большего я и не прошу.
После этого аудиенция окончилась. Король с Вильгельмом остались в кабинете, а дядюшка Адальберт вызвался меня проводить.
— Тебя ждут нелегкие времена, — счел необходимым предупредить он. — Англичане разозлились. Все их богатство строится на владении морем, а ты ухитрился поставить его под сомнение. Не знаю, как это вообще возможно, но ты и твои ребята творите самые настоящие чудеса. Куда бы британцы ни сунулись, вы везде умудряетесь прищемить им хвост. И ведь дело не только в тебе. На Камчатке тебя не было, но Завойко с легкостью отразил вражеский десант. Про Белое море и говорить нечего, Шестакофф, — на немецкий манер произнес он фамилию героя Колы, — устроил союзникам такой погром, что всем чертям в аду жарко стало. А теперь вот еще и Истомин… подорвать вражеский линкор — это дорого стоит!