А в купленной мной газете ничего нового, по сравнению с услышанным мной из уст малолетнего продавца газет, особо и не оказалось. Так, общие рассуждения о возможных причинах столь мощного охлаждения между нашими странами, да гадания на кофейной гуще по поводу грядущих изменений во внешней политике. И безудержный оптимизм. Совсем, как в моей прошлой жизни, когда власти категорически не желали паники среди простых обывателей. Или это я вдруг становлюсь слишком мнительным? Черным же по белому написано: кризис очередной, уже много-много раз так было.
И все же, международные кризисы — международными кризисами, а экзамен через два дня мне сдавать надо. Так что ничего удивительного, что в ближайшие дни я больше никаким чтением газет даже в принципе не заморачивался. Голова то совсем о другом болела.
Трам-пам-пам-пам-пам!.. — Бравурный туш по случаю окончания наших экзаменационных мучений возник в голове, едва я выскользнул за двери экзаменационного кабинета. Ха! Сегодня я первый. Маринка с Дианкой, входившие в экзаменационную комнату вместе со мной, в первой партии, еще продолжают строчить ответы на вопросы вытянутых ими билетов.
— Уже отстрелялся? Везет! — Зависть в голосе Степки, моего бывшего «типа друга», казалось, можно было черпать ложкой. Наш правовед по времени проведения своего экзамена разделил класс на две половины, и Степан, попавший во вторую половину, с тоской маячил возле входа, ожидая своей очереди. — Какой главный вопрос попался?
— Реформы Игоря Всеславовича, — мой ответ вызвал гримасу отвращения на лице одноклассника. И зачем тогда спрашивал, если от одного моего упоминания имени великого правителя прошлого его так корежит?
— Шпоры то хоть остались? — Типа, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Все же Степан — эталонный, законченный эгоист, потребитель. Вообще не понимаю, ка бывший Иван Жуков, до попадания моего сознания в его тушку, мог дружить с таким.
— У меня и без них неплохо выходит. — Я, признаться, в душе даже возрадовался, что могу с чистой совестью ответить на данный вопрос именно так. А вот фиг тебе, «дружище», мог бы и сам ими озаботиться, если толка не хватает просто выучить пройденный за год материал.
Степа смерил меня сильно недоверчивым взглядом и отошел в сторону. Ладно, бог с ним, сам не понимаю, чего я так завелся. Гораздо больше интересно, чего это там мои подруги то задерживаются?
Раскрасневшаяся от пережитого волнения Маринка показалась из дверей кабинета минут через десять. И почти сразу за ней вышла Дианка. Как, собственно, я и ожидал, обе получили очередные пятерки. Мы с ними вообще умудрились все экзамены за девятый класс сдать исключительно на отлично! Кстати, единственные из всего класса.