Противно осознавать, что вся моя жизнь от рождения до смерти была у него на ладони. Я страдал, испытывал боль, радовался, любил и всё ему на потеху.
От осознания этого хочется блевать, сжимая кулаки. А самое противное в этом так это то, что моя душа независимо от всего продолжит быть марионеткой в его руках.
— Всё… Хватит с меня.
Встав неожиданно резко, так что аж в глазах помутнело, я осмотрелся.
— Может я тебя удивлю, но решаю тут я. Так что сядь.
Согнув палец, он неведомой силой заставил меня рухнуть на стул.
С минуту я и он молчали. Я смотрел в его глаза, если их можно так назвать, с нескрываемым презрением.
— Ладно, нц. Сука. Ладно, так и быть, я отпущу тебя только если скажешь.
Он вновь приблизился ко мне, коснувшись носом моего носа. С его глазных отверстий дует прохладный сквозняк.
— Жизнь. Она тебе понравилась?
Мне даже не пришлось задумываться, чтобы ответить. Я лишь сглотнув выждав паузу, чтобы вспомнить всю свою долгую жизнь.
— Да. Понравилась.
Слегка улыбнувшись под воспоминания всех тех счастливых моментов в моей жизни. Первая влюблённость, первый друг, первая попытка завести ребёнка, первый раз я открылся кому-то, первая искренняя любовь.
— Правда понравилась. Спасибо за это, бог.
Несмотря на всё это дерьмо, что было в моей жизни. Все эти лишения, боль и страдания меркнут на фоне того немного счастья, что я испытал.
И самое смешное, что их бы не было не вмешайся тогда бог. Не заставь людей обращаться в зомби.
Не произойди бы это, я бы жалел о своей жизни. Жизни в четырёх стенах, заваленной мусором. Я бы ничего бы не лишился, но ничего бы и не приобрёл.
— Вот значит как.
Он наклонил голову в бок, приложив руку к лицу, туда, где должен находится рот.
— Да. Жизнь у меня была интересной.
Я вновь поднялся, не боясь быть снова опрокинутым на стул.
— Многогранной бы даже сказал.
Один шаг, такой неуверенный вперёд. Руки сцепились за спинной.
— Я сделал всё, что хотел. Я даже побыл отцом. Хоть и не долго, но побыл. Отцом несносного мальца, унижавшего меня в видеоиграх.
Ещё шаг, губы дёрнулись на мгновение вверх, а перед глазами показались тёплые воспоминания.
— Я лежал с красивой женщиной, обнажив всего себя. Физически и морально. Я говорил и трогал её, как и она. Она трогала меня и тоже была до безобразия искренней.
Ещё шаг. Руки стали неметь.
— Я завёл друга, даже два. Целых два. Хотя только недавно считал, что такого никогда не произойдёт.
Вновь нога передвинулась вперёд. Я перестал чувствовать руки до самого плеча.
— Я стал полезным. Представь, некоторые люди молились на меня. Я стал нужным. Я спас тысячи жизней, а освободил десятки тысяч душ.