Я выругался.
— Но это только малая часть бед, — продолжила Дарья. — Теодор, безумный твой ученый, отзвонился недавно. Бормотал что-то невнятное. Говорит, что его окружили какие-то вражеские силы и не выпускают из фермы. Он оборону держит, но на выручку выйти не может. Кажется, у него крыша совсем поехала.
— Чего⁈ — только и смог протянуть я.
— Я на всякий случай позвонила Кривощекину — испугалась, когда Теодор этот набормотал всякого. А Кривощекина нет. Он пропал.
— Как пропал⁈
— Ни его самого, ни его солдат. Прислуга по секрету сказала, что ему позапрошлой ночью что-то приснилось, никто толком не знает, что именно. Он как ужаленный сорвался с места, всех поднял и уехал. И пропал.
— Александр, что происходит? — спросила Славия.
— Хотел бы и я это знать, — ответил я, стиснув кулаки.
Кажется, отдохнуть едва ли получится в ближайшее время.
Но и это были еще не все новости. Я понял, что ничего хорошего ждать не придется, когда увидел, как к нам со всех ног бежит начальник охраны периметра поместья.
— Александр Константинович! — прокричал он еще издали. — Александр Константинович!
— Что случилось?
— Зафиксированы перемещения больших массивов человеческой массы на северном направлении.
— Чего? — не понял я. — Человеческим языком скажи!
Охранник отдышался и выдал приговор:
— На поместье идет наступление большого отряда войск! На нас хотят напасть!
Инсекторы!
Я не сомневался, что это был именно их план. Причем план гениальный, хоть и трудно это признавать. Убрать с дороги всех, кто может оказать помощь мне. И напасть. Причем в самый неожиданный момент.
Я с силой сжал кулаки, чувствуя, как гнев жжет грудь. Инсекторы… эти твари перехитрили меня. Отсечь моих союзников, заставить меня сражаться в одиночку — дьявольски умно!
— Проклятье! — выругался я, пиная ногой обломок камня. Он отлетел в сторону, с глухим стуком ударился о стену.
Айрон, молчаливый страж, стоял рядом, его металлическое тело излучало спокойствие. Вряд ли он вообще сейчас что-то чувствовал, и я завидовал ему в этом. Как же мне хотелось сейчас тоже быть таким же невозмутимым.
Инсекторы — раса разумных насекомых, безжалостные и коварные — уже не раз пытались напасть на меня. И каждый раз мы давали им отпор. Но на этот раз они придумали нечто новое, нечто, что застало меня врасплох.
— Сколько их? — спросил я у охранника.
— Около трехсот солдат, — ответил тот. — И это только первый отряд.
Триста солдат. Это много. Авангард из такого количества бойцов прорвет периметр охраны поместья за считанные секунды. Мы ничего сделать не сможем, даже если встанет грудью. Погибнем, заберем с собой на тот свет человек тридцать-пятьдесят, не более. Но основной поток сделает то, ради чего сюда пришел.