Первой реакцией на слова монарха стала наступившая гробовая тишина. О предстоящем ударе по Японии были оповещены все присутствующие в зале лица. При этом многие непосвященные в проект «Немезида» выражали на сей счет откровенный скептицизм и считали означенный шаг провальной, даже самоубийственной авантюрой, поскольку по всем расчетам специалистов Россия катастрофически отстает от Японии в гонке вооружений и вряд ли её догонит за оставшееся до начала боевых действий на Дальнем Востоке время. И вдруг, нате вам, не прошло и пяти часов со времени начала войны, а царь уже сообщает о готовности самодержца Японии к безоговорочной капитуляции. Умом основательно поднаторевшие в политике сановники осознавали, что ничего подобного быть не может, но народ в зале собрался сообразительный, и если Федор Николаевич сделал какое-либо официальное заявление, объективных оснований не доверять его словам попросту не может быть. А это означает, что снова случилось чудо, и Господь Всемогущий и Всемилостивейший в очередной раз отвел беду от народа российского.
Тишина продлилась недолго. Её нарушил сначала первый нерешительных хлопок в ладоши, затем еще несколько, и наконец все присутствующие в огромном зале Кремлевского дворца разразились дружными и продолжительными аплодисментами. Именно такими словами на следующий день было описано во всех газетах Российской Империи всё произошедшее. По мнению значительной части борцов за чистоту русского языка выражение «бурные и продолжительные аплодисменты» звучит по канцелярски топорно и полностью противоречит исконно русской языковой и грамматической эстетике. Впрочем, всякие там жеманные эстеты непонятной сексуальной ориентации, брутальным российским журналистам не указ.
Эпилог
Капитуляция Японии в результате «Четырехчасовой войны», как её впоследствии начали именовать военные специалисты, а вслед за ними и прочие граждане, охладила милитаристический пыл всех прочих государств. Более того, из-за многовековых разногласий, буквально через месяц после безоговорочной капитуляции Японии, вспыхнула кровавая бойня между Турцией и Ираном. В Европе также назревало что-то не очень для неё хорошее. Отказавшись от Drang Nach Osten, неугомонные прусаки устремили жадные взоры на «исконные немецкие земли». Попытались присоединить к своему королевству юго-западные провинции, но в этой реальности войска кайзера получили жестокий отпор и, основательно умывшись кровью, вынуждены были вернуться домой не солоно хлебавши. А там и Венгрия с Австрией что-то не поделили. Вслед за ними Испания с Францией, а заодно и Италия неожиданно нашли, за что поцапаться друг с другом. Слава Богу, все эти дрязги Россию не затрагивались. И стоит отдать должное царю-батюшке, выступать на чьей-либо стороне он не торопился, точнее, несмотря на уговоры некоторых коронованных «бро» и «систерс», не собирался.