— Отвратительно, — я быстро включился в игру. — Как на корове седло. Как карандаш в стакане, как… ветчина в сетке!
— Погоди, я что толстая⁈ — обалдело спросила Вася.
— Нет, — уверенно ответил я. — Я не это имел в виду!
— Ладно, — поморщилась она. — Продолжай, только без оскорблений.
Десять минут я распинался про ее ошибки в выборе вещей, чаще всего говорил наугад, не помня ни цвета ткани, ни фасонов. Просто слова ради слов. Вася кривилась, дергала плечом, но никак не злилась.
— Не работает твоя методика, — наконец, сказала она. — Я уже знаю, что ты хотел меня раззадорить. Надо что-то другое.
Она глянула на Лабеля, что с интересом слушал нас.
— А что я сразу⁈ — удивился он. — Я не так хорошо вас знаю, чтобы вот так, с пустого места, выводить вас из себя. Мне еще мой здравый смысл не отказал!
— Никакой от тебя помощи! — всплеснула она руками. — Ладно, сама попробую.
— Ты, Вась, главное, вспомни свое состояние в момент активации заклинаний, — назидательно начал я. — Как ты летела в дыру, как видела солнце, небо и приближающуюся темноту. Или вспомни, как ты ходила по тому тоннелю возле пещеры Жу. Потерянная, брошенная, ничего не помнящая.
— Я очень хотела пить, — вдруг сказала она. — Слышала постоянно реку, но не могла до нее достать. Это было ужасно.
— Продолжай.
— Одни и те же стены, камушки под ногами, соринки, трещинки, звуки… — Вася обхватила себя за плечи. — И одиночество. Я тогда не знала, что чувствую, потом поняла. Прямо как дыра в груди, где должно быть сердце.
Она замерла, прикрыв глаза. Мы с Лабелем старались не дышать, чтобы не спугнуть ее состояние.
— Кажется, я поняла, — пробормотала она, развернувшись в сторону реки, и повторила. — Поняла.
А потом задрожал воздух. Сгустился, став в один миг таким плотным, что в легкие не проходил. Я видел, как Кристоф открывает и закрывает рот.
Я кивнул ему на вещи, и он начал быстро запихивать все в рюкзаки, не разбирая, куда, что кладет. За скорость ему — пять баллов.
Вася тем временем распахнула глаза и подняла руки. Мы впервые были свидетелями ее магии и смотрели, с трудом удерживая рты закрытыми.
Она не плела заклинания. Она просто хотела, и это случалось.
Под напором ее желания каменный выступ под ногами начал увеличиваться в размерах и пополз от нас к другому берегу, словно диковинная змея.
— Еще! — велела Василиса. — Дальше!
И камень ее слушался, опасно нависая над бурным течением.
Мне хотелось помочь ей, подсказать, что нужна опора, что нужно рассчитать риски, да, в конце концов, сделать перила! Но молчал, давая ей возможность все сделать самой. Ведь та хрустальная лестница выглядела продуманной до мелочей, значит, и здесь будет так же.