Всё это чушь. Имидж, самоуверенные парни, модные клубы — тебе-то, что до них? В наушниках тихий русский блюз. Ну, не совсем блюз, — просто московская музыка. Всё равно с заткнутыми ушами легче жить. Сейчас отсмотришь ерунду голливудскую и вернешься домой. Заглянешь в Сеть, — мимолетный курс совершенствования английского языка, — что ни говори, а приятно когда тебя принимают за уроженку федерального округа Колумбия. Не слишком-то патриотично, но льстит. А патриотизм он никуда не денется, — вон, все под юбкой у бронзового долговязого царя ходим-ездим.
Даша проводила взглядом ноги царя, взгромоздившегося на готовый лопнуть от такой тяжести крошечный шлюп. Со вздохом глянула на сжавшееся от близости грозного монарха обшарпанное здание бывшего императорского яхт-клуба. Когда-то двум девчонкам ужасно нравилось разглядывать этот сказочный домик.
Вдруг захотелось выбраться из машины и просто пойти домой. Пусть жара и духота, можно переулком прошмыгнуть. В Мароновском тоже стройка, но всего-то десять минут на своих двоих прогуляться. Кому нужно это кино идиотское? Дома, под высокими потолками, в темных и безлюдных четырех комнатах, так спокойно и привычно. Шторы можно не открывать, просто валяться в кондиционированной прохладе, бездельничать и смотреть на ползущие по потолку узкие полоски вечернего солнца.
Хватать за плечо рыхловатого кандидата в сестрицыны бой-френды и требовать экстренной остановки Даша всё-таки не стала. Успеете вы, Дарья Георгиевна дома насидеться. Половина лета впереди. Стоит ли сестрице вечер портить?
Плеер все мурлыкал в уши:
‘… без четверти пять окончится дождь,
застынет река, время двинется вспять…’.
Дождя, несмотря на духоту, так и не случилось. До начала сеанса еще оставалось время, и немногочисленные поклонники «Брюнеток в миндале» коротали время наверху, в кафе. Из окна была хорошо видна площадь с плотными потоками автомобилей и сквер с фонтаном на противоположной стороне площади.
‘…Запах пива несет закат
от асфальтовых акваторий… [1] ‘.
Старому, некогда самому известному в стране кинотеатру, совершенно не подходил хай-тековский фальшивый хромированный пластик, декорирующий кафе. Застывшее море на слишком ярких баннерах, оригинальное «суши», произведенное трудолюбивыми узбекскими руками. Зато кока-кола здесь была просто ледяной.
— Выключи плеер, а, Даш. Послушай, Игорь так увлекательно о Багамах рассказывает. Ты же море обожаешь, — уже повторно намекнула Мари.
— Багамы, Багамы, нас и здесь неплохо поят, — пробормотала Даша, постукивая ногтем по бокалу с кока-колой. — Вы извините, Игорь, но я море только настоящее люблю. С запахом и плеском волн. А в качестве иллюстратора-пересказчика меня даже Айвазовский не устраивает.