Пётр едва успел переступить порог нашего дома, как я бросилась в его объятия, сжимая в руке долгожданный тест на беременность.
– Рита, ты чего? – растерянно произнёс он, даже не пытаясь обнять меня в ответ.
А я ведь даже не обратила внимания на то, что он был каким-то слишком уж сосредоточенным. Услышала звук открывающегося замка, схватила тест, который уже минут двадцать растерянно гипнотизировала взглядом, и бросилась к нему навстречу.
– Петя, у нас ребёнок будет! – прокричала я. – Получилось! Я беременна!
– Что? – ошеломленно выдохнул он, уставившись на меня. – Как ребёнок?
– Ну вот так, – с улыбкой развела я руками. – Я же тебе говорила, просто нужно подождать. Мы подождали, и у нас всё получилось.
– Да… Получилось, – кивнул он и начал разуваться.
Я отступила, внимательно всматриваясь в его лицо. Хотелось увидеть в нём хоть намек на радость, но Пётр был мрачен. Сердце болезненно кольнуло от предчувствия какой-то беды.
– Ты что, не рад? – спросила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.
– Ну что ты, Рит, рад, конечно. Просто немного растерялся, – он попытался выдавить улыбку, но у него это не особо получилось. На лице застыло странное выражение.
Я кивнула, сморгнула выступившую слезу, развернулась и пошла в сторону кухни.
– Рит, да подожди, – пробормотал Пётр. – Прости, я действительно растерялся. Не ожидал, что ты меня с порога ошарашишь такой новостью. И конечно, я рад. Очень рад! Ты ведь сама знаешь, как я мечтаю о ребёнке.
– Ну да, – кивнула я, включая чайник.
Пётр действительно грезил о большой семье, но за десять лет, что мы провели вместе, мне всё никак не удавалось забеременеть. Мы часто ссорились по этому поводу, ходили по врачам, но все как один твердили, что всё в порядке, что всё хорошо.
Мы познакомились с Петей, когда учились в школе. Он перевелся в наш класс, и мы сразу поняли, что нам суждено быть вместе. Когда нам стукнуло по двадцать, мы понесли заявление в ЗАГС, но пришлось его забрать из-за того, что буквально за неделю до торжества скончался отец Пети. Тут уж было не до праздников.
Следующий раз мы попытались пожениться через три года, но и эту свадьбу в итоге пришлось отменить из-за болезни уже моей мамы, которая, к счастью, сумела выкарабкаться и сейчас чувствует себя вполне сносно.
А потом мы как-то решили, что поженимся, когда у нас появится малыш. Я почему-то подумала, что все эти препятствия возникали не просто так, что судьба как будто не хотела, чтобы мы с Петром объединились, пока у нас не будет полноценной семьи.