Королёв какое-то время молчал, очевидно, переваривая поток моих сумбурных мыслей, кое-как облечённых в форму.
— Вау… — выдохнул он наконец и даже головой покачал, будто не мог поверить в то, что услышал. — Не думал, что слышать подобное от тебя окажется настолько тяжело.
— А представь, каково было мне это осознавать, — отозвалась я с горечью. — Каково мне было понимать, что у тебя до сих пор не остывшие чувства к другой. Мне, представь себе, даже твоя искренность в итоге далась нелегко. Я ценю её, конечно, как факт. Но и только.
Королёв собирался было запротестовать.
— Маш, вообще-то я не об этом…
— А я об этом, — прервала его я. — Знаешь, я только что поняла. Проговорила это, и как-то всё само собой на места встало. Я… это не важно, как всё между нами сложилось. В контексте ситуации это не важно. Я учусь быть выше своих личных трагедий, если речь заходит об общем благе. Ты прав. Я бы себе не простила, если бы ничего не сделала, а позже узнала, что действительно с преступником спуталась.
Королёв снова хотел запротестовать, но я подняла руку ладонью вверх, призывая его не перебивать.
— Мне это тяжко даётся. В голове полный сумбур и на душе муторно до невозможности, но… хорошо. Я помогу вашей фирме. Оставим личное за скобками. Это в конце концов мой гражданский долг. К тому же, я от доходов твоей фирмы процент получаю, поэтому… просто скажи, что требуется от меня.
— От тебя больше ничего не требуется.
Муж говорит с нажимом, опасаясь, видимо, что я решусь проявлять инициативу. И правильно опасается. У меня в голове зреет мысль. Это даже не план, это какая-то отчаянная, суицидальная попытка доказать себе, что я не такая размазня, какой виделась сама себе всё это время.
Мне больно. Мне тяжело принять тот факт, что Королёв с большой вероятностью прав. А это значило, что я в который раз становилась безвольной жертвой обстоятельств и человека, который с этими обстоятельствами забавлялся.
Стоило мне выпутаться из треугольника, в который меня втянуло дикое стремление женщины из прошлого моего мужа вернуть его под свой каблук, как почти тут же, без передышки, я попала в орбиту внимания её муженька!
Меня душила ярость вперемешку со злыми слезами. Я когда-нибудь перестану чувствовать себя пешкой, расходным материалом, о котором никто особенно и не печётся?
— Я поняла, — заставила я выговорить себя, чтобы своим молчанием не привлекать ненужное внимание мужа к своей нерешительности. — Просто передать тебе адрес, по которому он захочет со мной увидеться.
— Всё верно. Сейчас он наверняка начнёт осторожничать. Я не исключаю, что этот Гараев уже подозревает о том, что готовится. До сих пор он вёл себя настолько осторожно, что отследить его не получалось.