В полной тишине мы вошли внутрь и я включила свет. Да-да, у меня есть электричество. Затем, поставив чайник, жестом показала своему гостю, что он может располагаться на одном из пуфиков. Стульев у меня здесь нет.
Дмитрий осмотрелся. А следом и я осмотрела свою просторную палатку, в которой живу уже месяц. Здесь имеется небольшая кухонная зона, где мы собственно и находимся и спальня, что расположена за брезентовой стеной. Для меня там поставили кровать и шкаф, чтобы было куда складывать одежду. Не жить же мне все время с чемоданом.
Вода в чайнике закипела. Я поставила в две чашки по пакетику черного и залила кипятком. А пока чай заваривался, достала печенье и поставила на столик. Села напротив, чувствуя, что ритуал с чаем не сработал и я сильнее нервничаю. А ведь мне казалось, что пока буду накрывать на стол, пойму, что нужно делать. И с чего начинать разговор.
— Почему ты здесь живешь? — вместо слов о том, что здесь довольно мило и уютно, спросил блондин и снова посмотрел по сторонам.
Чуть было не ляпнула, мол Валя прогнала, но вовремя вспомнила, что ситуация совсем не располагает к шуткам.
— Я захотела быть ближе к стае.
Ответила честно. Он понятливо кивнул.
— Это было желание твоего зверя.
— Уже поняла, — кивнула я и придвинула свою чашку поближе к себе. Затем положила сахара и медленно перемешала, наблюдая как кристалики исчезают в горячем напитке.
Песков же просто взял свой чай и сразу выпил. Затем положив на место, снова посмотрел мне в глаза.
— Поговорим?
— Поговорим, — эхом ответила я, мысленно содрогаясь от волнения.
Мужчина сделал еще один глоток своего обжигающего напитка и тяжело вздохнул.
— Я не собираюсь предъявлять тебе обвинения за прошедший месяц.
— Мне действительно стыдно, — выдохнула я, обняв чашку ладонями и глядя, как плавает чайный листик, который, по идее должен был быть надежно заперт в пакетике. — Мне говорили, что я веду себя жестоко по отношению к тебе.
— Но ты испугалась, — догадался он.
— Нет… точнее, да, — запинаясь ответила я. — Потом показалось, что мне все равно на то, что мы истинные.
— А сейчас? — тихий вопрос, от которого почему-то, волосы дыбом встали.
Я смотрю на него. Он одет в черные вещи. Футболка и штаны. Волосы, что доходят до плеч, растрепанными прядями спадают на опущенные плечи. У меня мурашки пробежали по коже и хочется пошевелиться, чтобы избавиться от неприятных ощущений. Но я не двигаюсь. Набираю воздуха в легкие и снова глядя на свою чашку, торопливо произношу.
— Я все это время пыталась убедить себя в том, что ничего не чувствую по отношении к тебе.