— Давай обойдемся без истерик, Айрин. Прими свою судьбу и смирись с участью, — слова мачехи резали похлеще любого ножа.
Ярко накрашенные алые губки скривились в усмешке. А ведь когда-то я мечтала, чтобы она стала для меня второй матерью. Как же я ошибалась.
Знала бы она только, на что обрекала меня, но заступиться было некому.
Мама умерла, едва я успела появиться на свет, а отец, погоревав пару лет, женился снова на стервозной леди Кларисс. Вот только и его не стало год назад. Как только мачеха вступила в наследство, я тут же отправилась в пансионат при обители. Здесь учили смирению и послушанию, но мой дух было не так просто сломить.
— Леди Кларисс, прошу Вас, я не пригодна для службы богам. Я…
— Не смей, мерзавка! — маска злобы исказила ее прекрасное лицо, а хлесткая пощечина не заставила себя ждать. — Ты будешь делать то, что велю, и принесешь нашей семье немалое богатство. Ты же не хочешь разочаровать меня и своих покойных родителей.
Прижав ладонь к горящей щеке, я душила в себе слезы.
Нельзя. Только не сейчас. Только не при ней.
Отступив на пару шагов в сторону, мачеха окинула меня взглядом. Ее губы презрительно скривились.
— Будь паинькой, дорогая. Сегодня в полночь состоится церемония посвящения, и ты навсегда забудешь обо всем, как только последняя капля магии иссякнет. А пока готовься.
Раздался стук в дверь, и я вздрогнула.
Взгляд мазнул по окну. Солнце еще не село. Значит жива была еще надежда.
Я не была готова прощаться ни с магией, ни с нормальной жизнью.
Тем временем дверь приоткрылась, и вплыли молчаливые монахини, несущие на подносах украшения для церемонии и тяжелый наряд.
Расправив пышные юбки платья, леди Кларисс растянула губы в улыбке, словно ничего не произошло.
— Дорогая, кажется, я тут уже лишняя. Буду ждать тебя в зале, чтобы насладиться твоим возвышением.
Звучало как в последний путь, но я промолчала. Помпезные речи были слишком далеки от реальности.
Никакого возвышения не было. Сначала избранную наряжали, а потом приводили в торжественный зал, где с помощью древнего ритуала лишали пусть слабой, но все же искорки магии.
Холодок пробежал по спине, когда монахини начали готовить наряд.
— Снимай платье, — сухо приказала старшая монахиня. — Время на исходе.
Я медлила, лихорадочно размышляя. Взгляд метнулся к двери, но там, как верные стражи богов, стояли грудастые монахини, которые ни за что не выпустят меня.
— Не заставляй меня применять силу, — предупредила монахиня, делая шаг вперед.