Подавить бунт Роя или хотя бы оттянуть срок открытого противостояния мог бы достаточно сильный флот у Империи. Но тут снова всплывала ситуация с недокомплектом экипажей, падением престижности военной службы и постоянно растущим недовольством граждан Империи необходимостью содержания «слишком дорого обходящегося налогоплательщикам» и «чрезмерно огромного» космического флота. Нет сильных врагов, нет угрозы для Империи, всё чаще и громче звучали голоса всевозможных политиков о необходимости радикального сокращения военного флота. До двадцати тысяч звездолётов, а возможно и до восьми тысяч, поскольку и для такой армады достойного противника видно не было.
На какое-то время Императору показалось, что такой противник найден — пару раз со стороны неисследованного космоса появлялись достаточно крупные флота вторжения агрессивной расы мелеефатов — разумных паукообразных существ, некоторые особи которых демонстрировали сильные псионические способности. Но мелеефаты оказались технологически слабее развиты, их звездолёты уступали в боевой эффективности и особенно в тактике ведения космического боя, а потому застоявшиеся без дела военные Империи порвали вторгшегося противника в два счёта. Сейчас Георг Первый даже сожалел о том, что его лучшая ученица адмирал Николь тон Савойя настолько легко отразила вторжение мелеефатов, поскольку общество Империи совершенно не оценило тех военных побед, посчитав сражения в далёкой системе Скопление Айсар просто заурядным пограничным конфликтом.
На третий раз мелеефаты и вовсе не отважились пересечь границу. Их состоящий из восемнадцати тысяч звездолётов флот — более крупный, чем два предыдущие, что обещало интересное развлечение — простоял несколько недель неподвижно в необитаемой системе Ро-45, позволив фрегатам-невидимкам Империи изучить их вдоль и поперёк, после чего неожиданно развернулся и удалился восвояси вглубь своей территории. Произошло это буквально пару-тройку недель назад, и Георг Первый до сих пор не мог отойти от постигшего его тогда состояния сильнейшего разочарования и эмоционального опустошения. Ему даже потребовалась помощь лекарей и омолаживающая поддержка Флорианны тон Унатари, хотя для Ищущей Правду такие процедуры давались с большим трудом и были крайне энергозатратными.
Монарх остановился перед бронестеклом и взглянул на ряды курсантов-выпускников. Тяжело вздохнул и проговорил негромко:
— Объявите собравшимся в главном зале, что Император не станет в этом году выступать перед выпускниками с традиционным обращением, — после такого принятого им решения Георг Первый даже как-то осунулся и разом словно постарел на десяток лет. — Добровольцев зачислить в мой флот и обеспечить всем необходимым, а остальные… — монарх раздражённо махнул рукой, — пусть катятся куда хотят. Из овец всё равно не сделать сторожевых псов, сколько их ни корми и не тренируй.