Скинув свою ношу на одну из повозок, я извинился и нырнул в сторону знакомого холма. Найти скрытый вход в их логово оказалось делом привычки. Скользнул внутрь, вдохнул знакомый запах сухой земли и чего-то неуловимо-пряного, и позвал.
— Девчонки, я здесь!
Не успел сделать и пары шагов по короткому туннелю, как из глубины вылетела радостная Сияна. Она с разбегу бросилась мне в объятия, впившись в губы жарким нетерпеливым поцелуем. У меня от сердца отлегло. Живы!
Следом, двигаясь с куда более плавной грацией появилась Селина, держа на руках нашу спящую дочку Алисию. Я осторожно обнял её, стараясь не потревожить малышку.
— Дай мне, — прошептал как можно тише.
Она доверчиво передала мне тёплый, сонно сопящий свёрток, я с благоговением заглянул в крошечное личико. Идеальные черты, пушистые ресницы… Волна отцовской нежности затопила всего меня, я так бы и продолжал стоять столбом, если бы лисички-близняшки не утащили меня вглубь логова, где на большой кровати из мехов тихо ворковали наши сыновья, Дарик и Тимофей.
Сияна аккуратно забрала у меня Алисию и уложила её в колыбельку, а я, пользуясь моментом, взял на руки сначала одного сына, потом другого. Маленькие, тёплые, пахнущие молоком, мои дети! Счастье, казалось, не помещалось в груди и рвалось наружу. Сёстры тем временем, усевшись рядом, засыпали меня вопросами о том, что стряслось за последние недели.
— Мы видели дым над поместьем Мирид, — тихо сказала Селина, её бархатистые уши печально опустились. Она обняла меня сзади, положив подбородок на плечо. — Мне так жаль, Артём! Жаль, что ты потерял свой дом.
Сияна согласно кивнула.
— А потом мы решили проверить те развалины, про которые ты говорил, а там вокруг гномы! — она потёрлась носом о лобик Дарика, словно успокаивая себя. — У тебя и твоих родных всё в порядке?
— Теперь уже да, — я машинально погладил её по мягкому ушку. — Гномы попытались устроить нам весёлую жизнь, но мы пока что отбили у них охоту с нами связываться. Потерь нет.
Я вкратце пересказал им последние события: зачистку Бастиона от Отверженных Балора и неожиданную войну с бородатыми соседями.
Слушали они вполуха, явно не особо интересуясь деталями тактики и стратегии. И слава богам — пусть их мир и остаётся таким простым, уютным, сосредоточенным на детях. Грязь большой политики и войн не для них, и пускай я сам в ней увязну по уши, лишь бы их не забрызгало. Главное они поняли: я и Лили в безопасности, и всё снова под контролем.
После этого уже лисички начали рассказывать, как провели эти недели. Рассказывать, впрочем, было особо нечего, дни проходили только в заботе о малышах, но для них каждая мелочь казалась событием. Я с удовольствием развалился на их огромной кровати, обнимая то одну, то другую, по очереди держа на руках сыновей и слушая их щебетание о том, какие милые вещи вытворяли малыши. Вообще-то, если судить объективно, ничего такого, чего не делают все младенцы в мире, но я интересовался абсолютно всем. В их простом быте чувствовалось спокойствие, которого мне так не хватало.