Примерно через час, когда суета немного улеглась, из спальни мамы донёсся первый крик — звонкий, требовательный, явно обещающий родителям весёлые денёчки. А следом раздались сразу два крика из обеих спален. Они были чуть тише, но точно не менее настойчивыми.
— Двое, — счастливо пропела целительница, принимавшая роды у мамы. — Мальчик и девочка.
Она стояла у приоткрытой двери и приглашающе махала отцу, который стоял с таким лицом, будто его только что огрели скалкой.
— Двое? — выдохнул он и рванул в спальню.
— Меткий у нас папа, — фыркнула Сель, округлив глаза и выдохнула морозное облако ему вслед.
В этот момент Эдгара позвали к Марибэль, и счастливый отец умчался к своим девочкам. Да, вот так, у Ардена родилась сестра, а меня комбо из сестры и брата.
Мы же — я, Арден, Эйнар, Али, Райгор — так и остались стоять в растерянности, не зная куда рвануть сразу. Выбор в итоге пал на ближайшую дверь, за которой была мама и близнецы.
И решил нашу дилемму Игнис, который до этого благополучно прятался за мягким пуфиком, вдруг выскользнул из укрытия и, не обращая внимания на наши изумлённые взгляды, рванул прямо в спальню к Верховной. Я хотела его окликнуть, но Арден мягко удержал меня за руку.
— Пусть идёт, — тихо сказал он. — Что-то мне подсказывает, что сейчас лучше его не трогать.
Замерев у двери, почувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Стоявшая рядом Али, кажется испытывала те же чувства. Она теребила кожаный браслет на своей руке, и её глаза блестели, то ли от волнения, то ли от радости. Это заметил и Эйнар, тут же бросившись утешать свою зазнобу.
Я украдкой переглянулась с Арденом и отвернулась, пряча улыбку. Всё это время с прошлой Алой ночи Эйнар был рядом с ней при каждой возможности. Он приносил ей редкие ингредиенты для зелий, помогал разбираться в старых рецептах, терпеливо выслушивал, когда что-то шло не так и девушка с присущей ей артистичностью активно возмущалась, размахивая руками и гневно сопя вышагивала по лаборатории. У Алики, кстати, несмотря на отсутствие врождённого дара, открылся настоящий талант к зельям. Она превосходно чувствовала ингредиенты, знала, когда сколько и чего добавить, могла часами просиживать над котелком, добиваясь идеального результата. Котелок, правда, в первое время был крайне возмущён произволом некоторых. Булькал, убегал… но в итоге смирился. Ну, почти…
И если с зельями всё шло достаточно гладко с некоторыми шероховатостями, не без этого. То вот с Эйнаром… Она так и не ответила ему взаимностью, несмотря на все его старания. По крайней мере, вслух. Но я часто ловила её смущённый взгляд, когда он брал её за руку. Как розовеют её щеки, когда он рассказывает очередную увлекательную историю и при этом не сводит с неё глаз.