— Ты? — наконец выдохнула она.
— Я, — кивнул я, совершенно не зная, что ещё можно сказать в такой ситуации.
Идиотизм происходящего зашкаливал. Я, повар-попаданец, только что спас от пьяного быдла девушку другого быдла, с которым сам чуть не подрался. Девушку, которая до безумия была похожа на мою бывшую жену из бывшего мира. Добро пожаловать в Зареченск, город удивительных и чертовски неловких встреч.
— Я должна вас как-то отблагодарить, — сказала Валерия, когда мы наконец выбрались из тёмного, воняющего помойкой переулка. Пьяное тело, которое я вырубил, так и осталось лежать где-то в тени, тихонько поскуливая. — Может, выпьем кофе? Тут за углом есть кафе «Лакомка», я его обожаю.
Я посмотрел на мигающую неоновую вывеску в виде кривого кекса. «Лакомка». Одно название уже вызывало зубную боль. Мне дико хотелось домой, в тишину и покой, но отказать было как-то невежливо. Всё-таки я только что спас её от неприятностей, и бросать посреди улицы было бы свинством. Тащить к себе в «Очаг» — ещё большим.
— Хорошо, — вздохнул я. — Только давай на «ты». Теперь уже не чужие люди.
Она улыбнулась, и у меня внутри что-то неприятно ёкнуло. Чёрт, ну до чего же она похожа на мою бывшую. Та же улыбка, тот же хитрый прищур глаз. Призрак из прошлой жизни, явившийся ко мне в этом захолустье.
Внутри «Лакомка» оказалась даже хуже, чем я себе представлял. Это был настоящий храм дурновкусия. Стены, выкрашенные в ядовито-розовый, дешёвые пластиковые стулья, которые прилипали к одежде, и липкие столы. А ещё этот запах… Удушливый, приторный аромат ванильного освежителя воздуха, который, казалось, можно было резать ножом. Он был повсюду.
Мы устроились за шатким столиком у окна. Валерия схватила потрёпанное меню с таким видом, будто это была карта сокровищ.
— Ого! У них появился новый коктейль «Клубничное безумие»! — её глаза загорелись. — И пирожное «Райское наслаждение». Точно беру! А ты что будешь?
— Мне просто эспрессо, — буркнул я, надеясь, что уж эту гадость испортить сложно. Как же я ошибался.
Через пять минут сонная официантка принесла наш заказ. «Клубничное безумие» оказалось мутной розовой жидкостью в высоком бокале, украшенной жалкой горкой взбитых сливок из баллончика. Пирожное выглядело не лучше: кусок бисквита неестественно-жёлтого цвета, щедро смазанный чем-то белым и пенистым, что производитель, видимо, постеснялся назвать кремом. Валерия с восторгом ребёнка, которому подарили пони, погрузила в коктейль трубочку и сделала громкий глоток.
— М-м-м, какая вкуснятина! — промурлыкала она с закрытыми глазами.