Усиленные бойцы Гильдии перевалили через пролом в стене форта. Они двигались как единый организм, прикрывая друг друга, атакуя синхронно. Один из них — огромный детина с булавой — обрушил удар на молодого дружинника. Парень поднял автомат для блока, но усиленный просто проломил защиту вместе с черепом.
Я шагнул навстречу смерти, и земля взорвалась вокруг меня металлическими осколками. Сотни обломков оружия и пуль, застрявших в камне после обстрела, вырвались наружу, повинуясь моей воле. Вихрь из стали закружился вокруг, превратившись в жужжащее облако смерти.
Миг, и осколки метнулись в гущу чёрных фигур.
Противники отскочили с нечеловеческой скоростью, но двоих настиг металлический шквал. Один прикрылся рукой — осколки пробили предплечье насквозь, превратив его в кровавое месиво. Второй попытался уклониться, но фрагмент меча вошёл ему в глазницу маски, пробил череп, вышел через затылок. Боец рухнул, мёртвый до того, как коснулся земли.
Двадцать один.
Трое атаковали меня с разных сторон — их скорость впечатляла, движения казались размытыми. Если бы не десятки лет боевого опыта и не Воздушный шаг , я был бы уже мёртв. Но я видел их удары до того, как они наносились, читал намерения по микро-движениям тел.
Первый замахнулся тесаком из Реликтового металла, в котором я узнал Теневой тарселит. Чёрное лезвие искажало пространство, затрудняя определение траектории. Удар был молниеносным и на удивление смертоносным, но я не стал уклоняться. Вместо этого мой Талант взревел, устремившись к оружию в руках врага.
Металл рукояти взбесился. Рукоять тесака вскипела, провернувшись в сжатых ладонях бойца — как винт в тисках. Металл развернулся поперёк, и то, что секунду назад было удобной рукоятью в ладонях, стало лезвием поперёк них. Острые грани прорезали плоть с двух сторон одновременно. Отрубленные кисти упали на камни стены, до сих пор покрытые перчатками.
Усиленный даже не успел среагировать — тесак уже вырвался из окровавленных обрубков, устремившись вниз. Боец попятился, захрипел, глядя на фонтаны крови, но я не закончил.
Тесак в полёте завибрировал, металл потёк, вытянулся. Клинок удлинился в три раза, вытягиваясь в тонкую, смертоносную полосу, разрезая врага сквозь ключицу, рёбра, диафрагму, лёгкие и сердце. Боец дёрнулся и развалился на две части
Двадцать.
Второй атаковал в спину — кастет со смертоносными шипами целился в основание черепа. Я развернулся, перехватывая его руку и уставился на металлическую маску-череп.
«Идти на металломанта в железе. Какая храбрость», — мелькнула ироничная мысль.