И тут Дёма замер и его мысли собрались в одну точку. Я почувствовал, как его сознание сжалось в тугой комок, выталкивая всё лишнее. И в этом комке пульсировала только одна фраза, чёткая и ритмичная: «Ничего не скажу. Ничего не скажу. Ничего не скажу».
Он догадался! Понял, что я читаю его мысли, и поставил примитивный, но действенный ментальный блок. Всё верно, человек не может думать две мысли одновременно. Примерно так я всегда и боролся с непродуктивным настроением и ненужными мыслями — держал мысль на том, какие предметы меня окружают, чтобы переключить сознание на реальность.
Упёртый десятник. И верный. Уважаю таких.
— Когда следующий сеанс связи? — спросил я, надеясь, что смогу всё-таки уловить его мысли.
«Ничего не скажу. Ничего не скажу».
— Какие силы и когда подойдут? — предпринял я ещё одну попытку.
Бесполезно.
— Ладно, Дёма, — бросил я, поднимаясь на ноги. — Мне всё расскажет земляной.
Маг земли уже оттаял и сидел на земле, с завязанными за спиной руками.
Я подошёл к нему и посмотрел сверху вниз. В моей голове вдруг всплыла картина: камни, сыплющиеся на вход в пещеру, в которой были мои люди.
— Ты. Пытался. Убить. Моих. Людей, — чеканя слова сказал я, чувствуя как во мне закипает гнев.
— Я… я не… это приказ был… — залепетал маг, пытаясь от меня отползти.
— С тем, кто отдал приказ, я разберусь позже, — перебил я его, и на моей ладони возник огненный шар. — Приказ выполнял ты.
Голос
С моей ладони сорвался огненный шар и пронесся прямо над плечом Семёна, врезавшись в ствол дерева за ним. Маг взвизгнул, вжимая голову в плечи, а я уже формировал следующий, чувствуя, как жар в груди нарастает с каждой секундой. Сейчас он мне всё расскажет.
— Не надо! — заверещал маг, пытаясь отползти подальше. — Я всё скажу! Всё! Только не убивай!
И тут пространство над его головой пошло рябью и в воздухе начало сгущаться что-то чёрное, маслянистое, с рваными, дрожащими краями. Оно росло на глазах, пульсировало, издавало низкий гул, от которого у меня завибрировало в груди.
— Твою дивизию… — прошептал я, узнавая эту дрянь.
Такое же облако материализовалось над Захаром, когда мы только вошли в Ирию и он сорвался в истерику.
Чёрное облако росло, вытягивая тонкие, подрагивающие щупальца к голове мага.
— Нет… нет… — Семён в ужасе уставился на чёрную кляксу, которая нависала над ним, заслоняя свет. — Убери! Убери это! — заорал он, срываясь на визг. — Я всё расскажу! Не надо! Пожалуйста!
— Это Ирия материализует твой страх, — сказал я, опуская руку и внимательно глядя на чёрное облако. — Ты же маг, должен знать.