— Уф, — я, в который раз, стёр со лба льющийся из-под каски пот и, отшвырнув в сторону очередной обломок бетона, с трудом распрямился, — Булава, иди глянь сюда, здесь какая-то дыра появилась: может, где-то здесь этот ваш долбаный вход на склад?
— Ну-ка, чувак, двинь маслами, дай гляну.
Говоривший это взопрел не меньше моего, однако, двигался он гораздо энергичнее, подскочил к открывшейся дыре, светя внутрь нашлемным фонариком.
А я остался стоять так же, как и стоял, только устало прикрыл глаза. После нашего марафона, закончившегося изнурительным поединком с мутировавшим Хомяком, прошло только чуть больше суток: даже обильное питьё и еда не смогли полностью восстановить организм, несмотря на подстёгнутый лечебными наноботами метаболизм. Двенадцатичасовой сон-кома, в уже знакомой клетке, четыре завтрака, предшествующих плотному обеду и ведро воды несомненно помогли, но изнурительная работа, на благо нашей новой, не слишком многочисленной коммуны, очень быстро сняла все положительные эффекты от отдыха и обильной кормёжки. Разгребание остатков обрушившегося здания на зверский припекающем солнышке, да ещё в бронежилете, каске и штанах, нашпигованных защитными пластинами — то ещё развлечение. И уверения Булавы, что с первого этажа вывезли все снаряды ещё во время учений, не слишком нас успокоили. Ожидание, что любой из них сдетонирует, стоит только неаккуратно двинуться или отбросить не туда камень, глодало нервы не хуже, чем надоевший бронежилет натруженные плечи. Скинуть бы его, если склад с запасом снарядов сдетонирует, не поможет никакая защита, да нельзя, по словам майора, когда здесь всё только началось, склад был атакован непонятными слизнями, которые, подыхая, заразили всё вокруг радиацией, а защита от неё на должном уровне была только у нас с Зубром, да у Булавы, в последней вылазке майора выполнявшего роль разведчика, забирающегося в такие места, что и чернобыльским тараканам не снилось. Его экипировка держала на пять единиц радиации больше, чем наша и позволяла ему шастать по всем развалинам, когда как нам приходилось держаться подальше от центра заражения. Хорошо хоть арсенал располагался в отдалении от остальных построек, и радиация расползлась лишь на треть комплекса. А ещё хорошо, что Фингер нам пока ещё не до конца доверял и не подпустил к сбору артефактов, оставшихся после последнего побоища. Этим занимались все свободные люди последние два дня, и я им не завидовал: вонища от начавших разлагаться трупов там стояла неимоверная, многие даже предпочитали работать в противогазах, а ведь множество из них ещё предстояло перед потрошением выковырять из-под развалин домов, после чего проверить на наличие необходимых артефактов, имплантов, мутагенов и всего прочего нужного, изъять всё это и отволочь тело к единственному грузовику, который вывозил их далеко за пределы части. Пожалуй, легче было бы переселиться куда-нибудь в другое место, если бы это место не объявили безопасной зоной, внутри которой не будет зарождаться никакая мертвячья зараза или не случится прорыв из иной реальности. А отражать атаки извне гораздо легче, чем когда они идут отовсюду. Конечно, мы сталкивались с тем, что сообщения системы были неточны, однако упускать возможность обзавестись безопасной базой было никак нельзя.