— Что ж, это объясняет то, почему я в последнее время стал мнительным, — хмыкнул Мэйн. — На Жутких Болотах восприятие потустороннего выше, а когда ты рядом, в некоторых местах ощущаю нечто странное. Видимо, этого самого Айлинайна.
— Да уж. Странно, что он не возмущается, кстати.
— Не вижу в этом смысла, — он материализовался сидящим рядом. Как обычно, с невозмутимым видом задолбанного жизнью ксилтарца.
Мэйналивейн аж подпрыгнул от испуга и отскочил, тяжело дыша.
— Не бойся, магзверь, я не причиню тебе вреда, — сказал фортис.
Потребовалось несколько секунд прежде, чем мужчина успокоился и сел обратно. Мы организовали что-то типа вершин равнобедренного треугольника. Стоило подумать об этом, как в образе ребёнка материализовался Рэй и с довольной рожей уселся рядом. Пришлось немного потеснится до квадрата. Мы с Мейном напротив друг друга, как и духи.
Я продолжил свой рассказ о путешествии в Каменальм. Приобретение Рэя, как мы сблизились с Ширейлином, обучение во дворце. О его детях тактично умолчал.
— Теперь ты понимаешь, почему я постоянно защищаю его? Как можно клеветать на друга? Или спокойно смотреть на то, как другие это делают? Я многим обязан Ширейлину.
Но Мэйналивейн не стал это никак комментировать. Дальше же поведал о том, как Ларгос забрал меня у ксилтарской короны и, стоило только переступить границы, запер в Чёрном доме и принялся пытать. На тот момент мы уже были знакомы с Мэйном.
— Я тогда и подумать не мог, что Ларгос способен на подобное, — голос мужчины был полон сожаления. — Если бы только знал…
— И что бы ты сделал? — усмехнулся я. — Спас меня? Ну конечно! Так бы тебе и позволили. Да и зачем бы это тебе делать в то время? Ты почти не знал меня.
Побег из Чёрного дома прокомментировал Рэй — разумеется восхвалением себя любимого. Но я не стал прерывать его.
— То есть тех десятерых эльфов убил ты, — Мэйналивейн повернулся к Айлинайну. — Почему ты выполнил просьбу Адмира?
— Некоторые из них действительно имели убийственное намерение. К тому же, вернись Адмир в Чёрный дом, я бы не смог выполнять свои обязанности.
— То есть, чисто практическая точка зрения?
— Фортисы рациональны, мы высшие духи. Ты должен знать об этом.
— А ещё вы безжалостны и мстительны. Почему ты оставил его в Чёрном доме и ждал, не вмешиваясь? Здесь просьба Адмира шла вразрез с рациональностью. Обычный фортис уничтожил бы всех обитателей крепости.
— Если я скажу, что поверил Адмиру, тебе будет достаточно такого ответа? Я наблюдал за ним достаточно времени и, кажется, что-то заметил. То же, что и ты, когда решил присоединиться к нему.