– О, вы так проницательны! – прошептал в ответ старичок. – Поэтому я и хочу сместить его ниже , понимаете?!
Кайл еле удержал смешок, Тамара, судя по напрягшемуся лицу, – тоже.
– Понимаю, – сказала врач, – но увы, в вашем случае бессильна и самая нетрадиционная медицина. Извините, меня ждут пациенты.
Расстроенный старичок вылетел в входные двери, а Кайл замер, смотря на девушку, склонившуюся над столом с картотекой пациентов. Его взгляд обежал ее хрупкую фигурку в стандартном белом халате и замер. Его внимание почувствовали, Светлая заглянула за разросшийся куст, и Кайл со смущением осознал, на какой именно детали ее фигуры остановился его взгляд.
Между ними заискрило напряженное молчание. Усилием воли Кайл перевел взгляд выше, на глаза девушки.
– Не видел раньше униформы врача? Тебя поразила эмблема больницы на моей груди? – насмешливо спросила Тамара, окидывая некроманта нечитаемым, холодным взглядом. – Ты поклонник внешней атрибутики?
Кайл скрипнул зубами, запрещая своим глазам вновь проскользить вниз, к обсуждаемым «внешним атрибутам врача»:
– Нет, я больше ценю содержание, чем его упаковку, независимо от вида, формы и размеров последней.
– Да-ааа? Секунду назад я поклялась бы, что вид, форма и размеры тебе отнюдь не безразличны.
За их спинами раздались смешки свидетелей разговора, у Кайла заходили желваки на скулах. Решив, что нелепо обращаться на «вы» к девушке, с которой вчера страстно целовался у всех на виду и которая сама без стеснения ему «тыкает», Кайл сухо уточнил:
– Ты всегда такая язва?
– Да! – дружно ответили за Тамару медсестры и вернувшийся на свой пост Вортан.
Тамара поморщилась, отвернулась к принесенным ею карточкам пациентов, пополняя ими картотеку и откладывая тех, кто сегодня выписывался.
– Как Братвил? – спросил Кайл.
– Хорошо, спозаранку вышагивает по коридорам.
Ответив, Тамара замолчала, сосредоточившись на своем деле. Кайл замешкался, уговаривая себя уйти, но ноги словно примерзли к полу. Его необъяснимое влечение к Тамаре никуда за ночь не делось, и ни магия, ни зелья не были виноваты в этом. Его тянуло к ней неумолимо, кровь горела от воспоминаний, как к нему прижималось это стройное тело, как эти руки ерошили его волосы и касались его лица. Некромант с ужасом понимал, что готов сутки простоять столбом, наблюдая, как тонкие девичьи пальчики листают бумаги и перебирают карточки. Ему показалось, или девушка в чём-то изменилась со вчерашнего дня?
Ну, если не считать того, что сегодня она не бросается ему на шею и не целует безотрывно.