— А как насчет того типа из заповедника, который делал вызов?
— Это был профессор Спенсер, директор горного заповедника для вымирающих видов живых существ. Клянется и божится, что никаких запросов не посылал, а заповедник вот уже полгода как закрыт для туристов. Мы допрашивали его с пентоталом, похоже, что он не врет. Однако Зимин решил, что в таких случаях лучше перестраховаться, и мы готовим профессора к процедуре поверхностного ментоскопирования.
— Это неприятно, — сказал я.
— И, похоже, ничего не даст, — сказал Джек. — Я верю в то, что Спенсер говорит правду. Кто-то отправил нам его виртуальную копию.
— Надо тряхнуть СРС.
— У нас нет оснований.
— Посмотри на эту ситуацию еще раз, — сказал я. — Двое наших парней гибнут при аварии реактора, что в принципе возможно, но при их квалификации сомнительно. Потом еще троих валят в спину во время спасательной операции. А затем еще один попадает в засаду. И все это меньше чем за неделю. Слишком много для случайных совпадений, не так ли?
— Так.
— В средствах заказчики не стесняются. Если принять все шесть смертей за умышленные убийства, то планируют их с размахом. В первом случае был пожертвован целый корабль, возможно, вместе с экипажем; во втором — наняли классного стрелка, да еще и смертника, что влетает в копеечку; в третьем вообще задействовали тяжелую артиллерию. Нехилый размах, правда? Деятели, тратящие суммы такого масштаба ради ликвидации нескольких человек, называются фанатиками и обретаются только в СРС.
— Суд не назовет твои доводы даже косвенной уликой, — заметил Джек.
— В таких случаях у Гвардии свой суд.
— Обвиняемых еще предстоит найти, — сказал Джек. — СРС отрицают всякую свою причастность к смертям, что не есть их метод. Раньше они трубили о самой незначительной своей победе на каждом углу, а теперь молчат в тряпочку.
— Другие времена — другие методы.
— Может быть, — сказал Джек. — А может быть, это и не они.
— А кто тогда?
— Понятия не имею. В любом случае, по факту гибели создана специальная группа расследования, как и в случае с Магистром. Верховодят Харди и Зимин. Не хочешь составить компанию?
— Не в этот раз. У меня с Харди взаимная антипатия.
— Хорошо ты умеешь подбирать эвфемизмы, — сказал Джек.
— А что слышно о самой главной нашей проблеме? — спросил я.
— Ты о Магистре?
— Нет, о Харди и его метеоризме, — сказал я. — Конечно, о Магистре.
— Хорошие новости, — сказал Джек. — Если считать таковыми отсутствие всяческих новостей.
— А поподробнее?
— Э… — сказал Джек. — Видишь ли, твой лечащий врач строго-настрого запретил мне обсуждать с тобой этот вопрос.