Хозяйка горного замка.(не)истинная жена дракона — Эля Шайвел

Ответ на этот вопрос нам предстояло искать на месте. Валери как-то заколдовала Мерита, чтобы он не рыпнулся до нашего возвращения, сама «надела» его облик и превратила несколько коробок в кареты, которые мы прицепили к удивлённым лошадям. Кажется, животные либо видели настоящий вид коробок, то ли просто чувствовали, что кареты поддельные (слишком лёгкие, например), и смотрели на нас с укоризной. Мне крайне не хватало Себастьяна, чтобы спросить его мнение на этот счёт: наверняка козёл знал, что думают о нас лошади. Наверное, если бы они могли, то копытом бы покрутили у виска. За Себастьяна я даже начала немного беспокоиться, и куда он пропал так надолго?! Всё ли там с ним в порядке? А уж про то, что малышка Лина где-то бегает одна, я вообще думать не могла. Почему-то я сердцем чувствовала, что это не так. Возможно, Лина уже гарцует на довольном Себастьяне или, может, на Марке – он-то тоже куда-то пропал. Уехал с утра на ритуал с этой Кайлой противной и исчез… Как бы она чего не натворила. Ну и уж если мы заговорили о тех, кого я видеть не хотела – то есть о Кайле, то вот к козлу Дмитрию я испытывала смешанные чувства. Может быть, и к лучшему, если мы его не встретим. А то вдруг (хотя почему вдруг-то!) он остался таким же козлом и ничего поучительного за прошедшие сутки не понял? Наткнётся на несчастную Валерию Никитичну, и сердце доброй женщины тронет то, что он в шкуре козла теперь существует. Не то чтобы я не хотела, чтобы она его расколдовывала – это не моё дело, однако встретиться с ним мне бы не хотелось. Да и по само́й Валери было видно, что про сына ей, сколько бы лет ни прошло, говорить было ещё больно. А значит, она всё ещё переживает, и это, в общем-то, нормально. Мать – она навсегда мать. В общем, наша кавалькада из нас с «Меритом» на настоящей карете, а следом четыре поддельных кареты со слегка косящимися на подозрительно лёгкие повозки лошадьми, двинулась из замка в весьма растрёпанных чувствах. Когда мы приехали в условленное место в назначенный час, там никого не оказалось. У меня внутри всё скрутило в узел: неужто эти мерзавцы раскусили нас?! Что, если Валери ошиблась? Что будет с Линой?! Но вот вдалеке из рощицы в нашу сторону двинулась группа всадников. Мы с Валери-Меритом переглянулись, кивнули друг другу и стали тронулись навстречу бандитов, для уверенности взявши друг друга за руки. Ожидание было невероятно томительным. Казалось, время вообще не движется, так же как и в всадники. Но вот вокруг группы замелькало подозрительно знакомое белое пятно… Себастьян?! Что он там делает?! – Валери, там, похоже, Себастьян вокруг них скачет? Или мне кажется? – неуверенно протянула я с вопросительной интонацией. – Вы видите это?.. – «Ты», Полли, обращайся ко мне на ты, – добродушно проворчала Валери. – Сейчас посмотрю магическим зрением… Мать моя женщина-хлеборезка!!! – Что?! – удивилась я. – Там Марк! Во главе колонны Марк! – удивлённо ответила Валери. – Вокруг скачет белый козёл, на руках у Марка Лина… Фух, всё хорошо! Даже отлично! И чего я сразу не догадалась поближе рассмотреть. Мы тут же остановились и начали обниматься от счастья! И если честно, я так радовалась и так привыкла уже к новому облику Валери под видом Мерита, что вообще забыла про то, как выглядит бывшая свекровь. И когда подъехавший Марк соскочил с коня, бережно поставил Лину и повернулся к нам с весьма недоброжелательным лицом, я даже слегка испугалась. – Какого чёрта ты делаешь рядом с моей женой, ур…урюк? – с ходу рявкнул муж, постеснявшись, видимо, при дочери ругаться. – Я же сказал тебе, все но… ногти обстригу тебе, если ещё раз рядом с ней увижу! – Ну и манеры у тебя, дорогой, – возмутилась Валери-Мерит, но почти сразу всполошилась, поняв, как выглядит, и сразу же сменила облик на собственный, – Ой, прости, Марк, прости, забыла от нервов, что облик этого придурка надела. – Валери?! – опешил Марк. – Но… Ладно, я понимаю, что ты делаешь в поместье Полли, но что здесь происходит? Что за кареты, откуда у нас столько? – Это не кареты, это коробки, а твоя тётя превратила их в кареты, – неотрывно глядя на девочку, вступила в разговор я. – Ясно. Опять что-то хитроумное затеяли тут. Ладно, потом расскажете, – добродушно хохотнул Марк. – Кажется, время встречи с мамами, да, Лина? Иди сюда, малышка, твоя мама очень по тебе скучала. Обнимешь её? Девочка, робко выглянув из-за бедра мужчины, недоверчиво покосилась на меня. Я присела и раскрыла руки для объятий, а Лина медленно пошла ко мне. Да… Она настоящая красавица, хоть ещё и малышка! Рыжие, как у Аполетты волосы, и красивые с густыми ресницами, как у Марка глаза. Носик пока немного вздёрнут, и трудно понять чей он, но скорей Аполетты. Миленькая девчушка! «Мама? Это ты?! Полли, это моя мама?!», – раздался внезапно в голос Дмитрия в голове. Я заозиралась по сторонам и увидела, что действительно из-за толпы подозрительно спокойных (видимо, скованных магией по предположению Валери) бандитов показался чёрный козёл. – Дима? – удивлённо прошептала Валери. – Сын, это ты?! – Да, Валери, – кивнула я. – Как я и говорила, вот что стало с Дмитрием… – Поделом, видимо, – сложив руки на груди, хмуро ответила женщина и, указав в сторону рукой, добавила: – Пошли, сынок, поговорим. Не будем остальным мешать. Лина как раз подошла ко мне, и я упустила из виду Валери и козла Дмитрия. Крепко обняв меня, девочка прошептала мне на ухо: – Ты не моя мама. Мама не рада мне и не любит меня. Я, если честно, к такому готова не была, но всё же постаралась ей ответить правильно, насколько это было возможно в данной ситуации. Начинать наши отношения с вранья мне не хотелось, а потому я сказала правду. – Мама тебя очень любила, Лина. Просто я не умела это выражать, – мягко проговорила я. – Я не твоя мама, в этом ты права. Но она за тебя всё что могла, отдала и всё сделала, чтобы ты была жива и здорова. Я очень похожа на твою маму внешне, и она попросила меня её пока заменить. Я буду очень стараться стать для тебя хорошей мамой, чтобы твоя мама смотрела на нас с небес и радовалась, какая ты у неё счастливая растёшь. Поможешь мне ей это показать? – Хорошо, – прошептала малышка. – Я тоже маму очень любила и буду любить тебя, раз она тебя за мной оставила присматривать.