— Вы — мой Нареченный. Я не могу причинить вам вред, не могу уйти. Мы связаны прочными узами. Оковами, которые нельзя так просто разорвать.
— То есть ты будешь таскаться за мной… Пока смерть не разлучит нас?
— Примерно так, — кивнула Ульдантэ.
— Погоди, если ошейник на тебя не действует… Значит, тебя можно продать другому, а затем ты просто вернешься ко мне⁈ Да это же баснословные прибыли, куда там Ниуру! Кфи-фи-фи!
Глаза Хорана Мрадиша загорелись алчным огнем. Торговец расплылся в жуткой улыбке, продемонстрировав несколько отсутствующих передних зубов. И без того отвратительный смех стал еще более мерзким, добавились свистящие звуки. Хотя, казалось бы, хуже быть не могло.
Вот только в глазах Ульдантэ все эти мелкие детали выглядели милыми и очаровательными. Нареченный виделся ей только с позитивной стороны. Лишь иногда в сознании возникал диссонанс от розовых мечтаний запечатленной и суровой реальности.
— Эй, я ценюсь выше Лунной коровы! — возразила Красная. — У меня тоже желтый ранг!
— Я не собираюсь помогать вам с обманом других владельцев рабов, — скрестила руки на груди Ульдантэ.
— Половина прибыли тебе! — сразу предложил Хоран.
— Деньги меня не интересуют.
— А что тебя интересует? — скис мужчина.
— Я должна избавиться от Запечатления и продолжить…
— Что продолжить?
— Вас это волновать не должно.
— К-хем, вот так дилемма, — почесал Мрадиш бороду. — И оставлять тебя стремно, и продать нельзя, и выгнать тоже.
— Просто посадим Лунную на цепь и оставим здесь! — предложила Ниуру.
— Возможно, кто-то из знатных чародеев заинтересуется аномалией, — заметила Лиетарис. — Нечасто ведь встречаются эльфы, способные сопротивляться ошейнику.
А вот это было опасно. Подобные слухи могли привлечь внимание тех, кого ей пока что следовало избегать. Слишком шаткое у Ульдантэ сейчас положение.
— Я не буду доставлять проблем мастеру Хорану, — скромно проговорила Лунная.
— Хорошо, оставайся, — сразу откликнулся Мрадиш.
— Мастер! — возмутилась Ниуру. — Она слишком опасна! Чуть наших не прибила, вас серьезно ранила! Подумайте, что случится в следующую Гиблую Ночь!
— Не переживай, посадим ее на цепь или заранее вырубим, — махнул он рукой беспечно. — Я за Ульдантэ отдал несколько сотен золота. И намерен выручить их обратно с процентами тем или иным способом. Иначе я не буду великим благородным торговцем Хораном Мрадишем! Кфи-фи-фи!
[Хоран Мрадиш]
Гиблая Ночь постепенно сходила на нет. Защитникам удалось переломить ситуацию. Наиболее страшных крупных восставших уничтожили. Больше нечистые саламандры не поливали черным огнем ополченцев и стражников. Получив численное преимущество, обороняющиеся насели на оставшихся упырей. Шла жестокая рубка.