— Граф, государь готов вас принять, — строгий голос секретаря заставил Михеева Вынырнуть из своих размышлений.
Стоявший перед ним парень стал секретарем всего год назад, но уже успел набраться дворцового гонора. Граф мысленно усмехнулся. Все они такие поначалу, а потом сопли наматывают на кулаки, когда приходится отвечать за свои поступки. Уж что-что, а во дворце непогрешимых нет, это Михеев знал наверняка.
— Хорошо, — улыбнувшись секретарю, граф встал и, поправив мундир, пошел следом за ним. А уже через минуту он смотрел на недовольное выражение лица Алексея Николаевича Романова. — Государь, — склонившись в глубоком поклоне, Михеев так и замер, ожидая, когда ему позволят выпрямиться.
— Здравствуй, Семен Семенович, — голос императора был холоден, — выпрямись, негоже в твои годы так спину гнуть.
— Как скажете, государь, — Михеев выпрямился и уставился на императора спокойным взглядом.
— А скажи-ка мне, граф, как так получилось, что в твоих казематах убили целого князя, — прищурившись, спросил император, — неужели я что-то пропустил, и управление СБ превратилось в проходной двор? Или ты устал и хочешь на покой?
— Никак нет, государь, — Михеев отрицательно покачал головой, — я сейчас как раз расследую это дело. Но пока следов никаких нет, за князем приходили настоящие профи.
— А ты разве не профи, граф? — император удивленно поднял одну бровь, — что-то мне твои слова не сильно нравятся. Ведь по итогу контрабанда в моем царстве не прекратилась, но при этом один из самых влиятельных князей мертв. И остальные хотят понять, как же так получилось, и не слишком ли я много воли дал охранке.
— Государь, вы можете поступить как вам угодно, — Михеев нахмурился, — однако смерть Шереметьева не моя вина. Меня даже не было в городе, когда это произошло.
— Об этом я тоже хотел поговорить, — Романов хмыкнул, — что-то Вы, граф, зачастили в Вийск. Неужели так сильно понравился этот провинциальный городок?
— Он находится на пути из большой сибирской зоны. Он важен, государь, — Семен Семенович пожал плечами, — ну и у меня там все же родня. Хоть иногда, но я могу себе позволить с ними встретиться.
— В общем так, граф, временно ты перестаешь заниматься делом с контрабандой, от тебя мне нужно лишь одно: чтобы ты поймал убийц Шереметьева. Чем быстрее мы сможем предоставить их на суд общественности, тем быстрее получится потушить эту волну недовольства.
— Как прикажете, государь, — Михеев поклонился, — это все?
— Пока да, — император кивнул, — и да, граф, надеюсь, ты больше не будешь арестовывать князей без моего ведома. А теперь свободен, — отмахнувшись словно от мухи, император развернулся спиной.