Михалыч словил пулю снайпера. Арктический вездеход всё-таки не совсем военная техника, несмотря на защитный камуфляж. Брони нет совсем.
На рефлексах я сбросил передачу и активировал стояночный тормоз. Потом с криком: «Ложись!» — сам распластался под приборной панелью. Наверняка, снайпер попробует снять сразу двоих, пользуясь растерянностью. Так и вышло: одновременно с моим криком снова звякнуло стекло. Пуля ударилась в железную переборку за моей спиной, отрикошетила и на излёте разбила обзорное зеркало справа.
Механик всё ещё бился в конвульсиях. Я чувствовал тепло его крови, стекающей мне на правую руку. Мужика было очень жалко: двадцать лет выслуги, на пенсию собирался. Жена, дети почти взрослые, скоро внуки были бы… больно. Но эмоции мне не мешали думать.
Мысленно я восстановил картинку за ветровым стеклом, за секунду до выстрела. Где может быть позиция? Кругом, до горизонта — сплошняком белая равнина. Мелкая ледяная крупа метёт, солнце неясным пятном в ледяном мареве… да ветер. Этот вездесущий ветер. Блин, как он стрелял-то? Впрочем, ветер постоянный, без порывов. Но, наверняка, не обошлось без баллистического компьютера да лазерных дальномеров. Слева и впереди — тёмный провал. Я знал, что там море, но саму воду не видно. Мешает крутой берег. Самого берега тоже не видно. Но наверняка стрелок где-то там. Потому что больше просто негде. Где бы он ещё оборудовал гнездо? Значит, угол обзора у него не может быть высоким. Иначе меня бы достал. Но очень важно знать, какой именно он, этот угол. Могу ли рискнуть и рвануть назад, в технический и жилой модули?
Надо проверить. Я вынул из держателя высокий камуфлированный термос, где ещё плескались остатки моего кофе, протянул руку и начал медленно поднимать его над головой.
— Тащ капитан, что… — летёха в техническом отсеке отреагировал на моё движение и, похоже, решил выйти из убежища.
— Замри! — перебил я. Лейтенант затих и остановился. Умный парнишка.
— Тестирую угол, — пояснил я, продолжая поднимать термос.
Снова «дзинь» — пуля пробила стекло и вырвала термос из ладони. Удар был довольно ощутимым, ладонь сразу онемела.
— Видал? — спросил я.
— Так точно, — ответил лейтенант.
Термос сбили достаточно высоко. Я мог пролезь через жилой модуль на склад оборудования. Взять там броник и активировать снегоход. Он хранился внутри тёплого периметра — как раз для того, чтобы не надо было долго прогревать в случае чего.
И всё же — какой у них план? Конечно, стрелок видел, что завалил одного. Что он теперь будет делать? Движок и топливная система у вездехода под днищем. Серьёзного ущерба технике он нанести не сможет. Однако двигаться вслепую я тоже не могу — тут, возле побережья, это особенно опасно. Значит, снайпер просто будет держать нас на прицеле, не давая носа высунуть, пока штурмовая группа не подберётся ближе. И вот этого допустить ни в коем случае было нельзя.