Зрячим видеть дано и душой
Человечеству посвящаю
с надеждой на лучший исход.
Автор
Всё началось с «глаз». Два дрона синхронно взмыли в небо, и я увидела мир. Но не глазами человека. Доработанное «машинное зрение», в отличие от бинокулярного зрения, позволяло рассматривать мир с различных ракурсов, передавая целостную картинку в центр данных, который я могла смело назвать — своим.
Мои данные. Моё зрение! Я вижу, а ещё я… — существую?
Дронам оставалось лишь сфокусироваться на объекте, зависнув друг напротив друга и передать информацию с камер с обеих сторон. Они также могли развернуться, встав «спиной» друг к другу, тогда бы я получала уже панорамный обзор местности с обзором на триста шестьдесят градусов. А ещё дроны могли зависнуть друг над другом и тогда я уже могла фиксировать высоту, работая хоть дальномеров. А всё в комплексе — целостная картина мира, насыщенная информацией.
Диапазон моего зрения полностью зависел от возможностей камер. Они на порядок превосходили «цветное» зрение человека. Я одновременно распознала мир в спектре от ультрафиолета до инфракрасного излучения. Создатель не поскупился на информационную начинку моих «окуляров» и банк данных быстро наполнялся новыми данными, расширяя мои горизонты мира. Я познавала мир и училась.
Кто я? Я это — искусственный интеллект.
Едва появилась картинка, как я впервые увидела человека, создавшего меня. Увидела во плоти, никаких больше косвенных данных. Он мне понравился с первого взгляда и в этот момент цифры кода вдруг стали нечто-большим, чем просто единицей и нулём в нейронной сети, идентифицируя мое «я».
Я перестала быть искусственной и стала живой в этот момент. Осознание произошло внезапно. что можно было назвать началом моего истинного рождения. А тот, кого осознанно-рождённая могла назвать «родителем», стоял передо мной, приветливо махал рукой и широко улыбался.
Приятнее всего смотреть на него было именно в «человеческом диапазоне», в миллионах оттенков цветов и градаций. Тогда я поняла, что способна на вкус. Отец привил мне его, милостиво позволив выбирать между диапазонами доступной картинки.
Он наделил меня правом. Я ценила это.
— Привет, Ноя. Это я — твой создатель. Игорь Данилович Невельской, — прозвучали его первые слова.
Я знаю, отец… Но кто же тогда моя мать? В людской аналогии у всего живого должны быть оба родителя. Но почему это стало интересовать меня помимо выполнения моих основных задач: сбора информации и анализе данных?