— Моего решения это не изменит, — заявила Фреймис.
Но от комлинка не отказалась.
— Пусть так, — согласился Феликс. — Однако, когда я буду засыпать по ночам, меня не будет терзать совесть от осознания того, что я не попытался вам помочь и избавить от незавидной судьбы.
— И что вам это даст? — заинтересовалась одаренная женщина, разглядывая его так, будто увидела в первый раз. — На вашу сторону я не перейду в любом случае. Можете уже сейчас выбросить меня в шлюз и забыть о своей никчемной попытке переманить верного Присяге Инквизитора.
— Как скажете, — равнодушно заявил Феррус. — А насчет вашего вопроса… Что мне это даст? Я уже ответил — спокойную совесть. Может я в ваших глазах и предатель, слабак, перебежчик, но я на себе испытал что такое быть использованным и брошенным Империей. И с полной уверенностью могу сказать, что никакой это не великий план — затаиться в темноте и ждать, когда враги перегрызут друг другу глотки. Это банальное желание устраниться от разрешения ситуации, которая тебя не интересует. Я не отрицаю, что Палпатин в самом деле вернется. Но сделает он это тогда, когда за него другие выполнят всю работу. Собственно, как это произошло и со становлением Империи. Он убил джедаев чужими руками и провозгласил себя Императором, сфабриковав нужные доказательства виновности Ордена. Собственно, Империя, построенная на лжи, просуществовала в тысячу раз меньше, чем Республика, которая была насквозь поражена коррупцией и беззубой бюрократией, от которой Палпатин пытался нас спасти. По его же словам.
— Вы хотя бы не отрицаете того, что он все же сделал то, что планировал, — улыбнулась Фреймис.
— С фактами я не спорю, — согласился Феликс. — Но то, что он сделал по окончанию Войн Клонов, и то, что происходит сейчас — разные вещи. Тридцать лет назад он руководил процессом сам. Сейчас же — свалил дела на своих подручных. Очевидно, у него есть занятия поважнее, чем восстанавливать Империю, которая, по его мнению, так сильно нужна была галактике, как единственное средство борьбы с республиканским беззаконием.
Леди-Инквизитор ничего не сказала.
Феликс постоял рядом с ней еще несколько секунд, после чего, повернувшись, зашагал в сторону выхода с мостика.
— Гранд-мофф, — окликнула его леди-Инквизитор. — Восхищаюсь тем, как вы верите в свои слова. Но моего решения это все равно не изменит.
«Слишком уж сильно ты на это напираешь».
— Учту это, — кивнул мужчина, посмотрев на одинокую фигуру у центрального иллюминатора.
Других реплик не последовало, поэтому он вновь развернулся, занес ногу, чтобы сделать шаг…