Однако и тут нашелся выход.
— Марина возвращается завтра, — вскользь обрадовал младшенькую заместитель воеводы.
Гулко ударился о раковину недомытый покрытый пеной нож.
— Правда? — удивленно обернулась Алена.
Игорь Григорьевич с облегчением НЕ обнаружил на лице дочери характерных признаков «выхода на режим». Это было бы сигналом к тому, что внутреннее напряжение уже достигло апогея. И скоро последует «срыв».
— Она оформила отпуск, — пожал плечами заместитель воеводы. — По личным причинам.
Алена кивнула. Сестра действительно не всегда объясняла свои мотивы. И подобные «отпуска» уже случались. Ее специальность с зубодробительным названием по-простому называлась не иначе как контрразведка. А с учетом событий в клане нет ничего удивительного в привлечении дополнительных сил.
Ужин прошел ожидаемо спокойно. По давней традиции отец и дочь не касались серьезных тем, а просто наслаждались самостоятельно приготовленным супом.
Целый час, что по меркам клановцев и с поправкой на нынешнюю ситуацию, можно было считать практически непозволительной роскошью.
Затем отец отправился спать. Ему предстояло вновь прибыть в центр управления кризисными ситуациями через шесть часов. Алена же решила «растрястись». На корте.
Вот только далеко ей уйти не удалось.
Неподалеку от лифтовых площадок пятого семейного этажа она встретила ЕЕ.
Морозный взгляд холодных глаз, изящный чеканный шаг и строгий костюм. Вряд ли в прическе Ледяной с**и можно было разглядеть хоть один выбившийся волос. Зато сама она смотрела на мир так, будто ничто вокруг значения не имеет.
«Мразь!» — мысленно поморщилась Алена. Да, она уничтожит Павла. Сразу после Ивана. Но предательство родного брата…
Девушка попыталась отвернуться, чтобы «эта сволочь» не разглядела и тени презрения на ее лице. Но не успела.
— Здравствуйте, Алена Ильинична, — разнесся по коридору ледяной голос, лишеный и тени эмоций.
Пришлось обернуться и…
Девушка едва не отшатнулась назад. В глазах Светланы Анатольевны не было… ничего. Кроме безжизненной стужи. Так и не скажешь, что ее аспект — Пламя.
— Здравствуйте, — заставила себя выдавить Алена, невольно склоняя голову.
Отчего-то движение далось довольно тяжело. Одно дело играть против Ледяной с**и «на дистанции». И совсем иное — стоять под буквально убийственным взглядом.
Было страшно. И Алена совершенно не стеснялась в этом признаться.
Сестра Павла была такой всегда: ледяной, невероятно одаренной, до медицинской психопатии сдержанной. И безжизненной.
— Вы что-то хотели? — негромко поинтересовалась девушка, чуть сильнее сжимая пальцы на ручке футляра ракетки.