«Так и есть, припадает на левую ногу!» — отстраненно отметил Глава, наблюдая за каждым шагом местного хозяина.
— И времени у меня очень немного, — продолжил он. — Потому задам вам всего один вопрос.
Небольшая пауза позволила Алексееву принять участие в диалоге:
— Я вас слушаю, господин, — склонил голову он.
— Вы хотите войны с Волконскими? — вперил в «гостя» тяжелый взгляд один из командиров Гвардии. — Или только главой младшей Ветви?
Мужчина икнул. Мысленно. Даже злость и раздражение куда-то испарились. Таких обвинений он себе и представить не мог!
— Чем же я?.. — попытался было хоть чуть-чуть прояснить ситуацию Тимофей Андреевич.
— Ясно, — не стал слушать его Волконский, взяв небольшой пульт со стола.
Одно легкое нажатие и откуда-то сверху «пополз» экран. Через секунду он вспыхнул, готовый к работе.
— Садитесь, — коротко потребовал мужчина. — Смотрите. После свободны. Павел Анатольевич свяжется с вами сам.
— Но?.. — попытался было уточнить хоть что-то Алексеев.
Однако его слабая попытка напоролась на столь холодный и жесткий взгляд, что права качать как-то резко расхотелось.
— Я вас понял, господин…
Волконский кивнул и молча вышел. А на экране тут же развернулось батальное полотно с высоты птичьего полета. Под названием «Двое одаренных против отряда». Запись была не слишком долгая. Но Тимофею Андреевичу показали ее еще четырежды. С разных ракурсов. Для лучшей доходчивости.
В какой-то момент кулаки Алексеева сжались. Он даже привстал… и тут же рухнул в кресло. Ему знакомы были эмблемы на бортах автобусов! Он часто пользовался услугами этого отряда. Но… сейчас Глава даже не представлял, почему именно ему показали сцену избиения «гусей»!
В какой-то момент экран погас.
И… все. Никаких пояснений.
Мужчина воровато оглянулся. Снимают ли его? Но… Да, наверняка. С десятка ракурсов. Чтобы потом по кадрам разобрать его реакцию!
Но в чем же его обвиняют, черт возьми⁈
Несколько мгновений Алексеев посидел на стуле, глотнув водички из заботливо оставленной ему пластиковой бутылочки, после чего резко встал и поспешил на выход. Ему предстояло срочно выяснить, какое именно отношение его клан имеет к происходящему.
Юрий Константинович Волконский, едва покинул зал переговоров, направился к лифтам. Не слишком быстро. Давала о себе знать старая рана. Все-таки целители не всесильны. До ближайшего полевого госпиталя тогда было около километра. И большая часть пути находилась под огневым контролем противника.
— Господин! — почтительно склонились охранники у элеватора.
Один из них тут же нажал кнопку вызова.