Увы, на его «фокусы» внимания не обратили. И Павел отчего-то был уверен, что вовсе не по причине хреновой подготовки. Троица перед ним явно считала, что гость не представляет для них угрозы в принципе. И парень бы не стал ставить на то, что причиной подобному суждению глупость послужила.
— Господин Волконский, готовы ли вы учесть сложившийся порядок вещей?
— В той степени, что не противоречит интересам императора, — спокойно откликнулся молодой человек.
Мужчины вновь замерли. Лишь Хань плавно и привычно поднял собственноручно наполненную пиалу и опустошил ее короткими шумными глотками.
— Мы надеялись увидеть в вас друга, — негромко произнес он.
Ручка замерла в руках парня. Молодой человек даже позволил себе поднять удивленный взгляд, после чего неспешно опустил взор и начертил несколько известных ему иероглифов — одно из тех крылатых выражений, что запомнилось с уроков дипломатии.
— Господин Хань, — коротко выдохнул Волконский, подвигая салфетку к центру стола. — Культура Китая прекрасна и обильна. Жизни не хватит, чтобы ознакомиться хотя бы с частью ее. Развейте мои сомнения, правильно ли я запомнил последовательность?
За «пеленой» лица собеседника не было видно. Однако он явно покосился на «записку».
— Очень жаль, — сообщил ханец ровно, прочитав «广交友，无深交» (друг для всех — друг никому).
С этими словами Хань аккуратно хлопнул в ладоши.
— Вот так гостеприимство, — негромко оценил Павел, наблюдая за тем, как помещение заполняется крепкими молодыми людьми в черных костюмах с оружием в руках.
Движение получилось плавным и красивым.
Волконский буквально соскользнул со стула в сторону, автоматически оставив вместо себя иллюзию. Зря, что ли, он ее плел с самого момента прихода⁈
— Павел Анатольевич, вернитесь на место, — прозвучала едва ли не скучающая команда Алтына.
Но клановец и сам уже сообразил, что стволы компактных пистолетов-пулеметов несколько необычных обводов, следуют за ним.
— Ну, попытаться стоило, — несколько нервно прокомментировал он.
Все-таки под прицелом не слишком расслабишься.
Команде молодой человек подчинился. Зачем нагнетать, если один из его козырей только что побили джокером.
— Скажите, мой юный… друг, — негромко заговорил китаец. — Что мне мешает убить вас прямо здесь и сейчас?
— А зачем? — поинтересовался Павел гораздо быстрее, чем мозг успел включиться в работу.
Возможно, именно поэтому голос его и не дрогнул. Все-таки «прикинутые» ребятишки с несколько непривычным разрезом глаз его изрядно нервировали. Хрен поймет, что у них там в голове творится!