Поэтому впадать в дешевый популизм не собираюсь. Спрашивать строго — спрашиваю. Но за дело! И советская номенклатура мой настрой изучить успела. Нет, от глубоких реформ я отказываться не собираюсь. Но третировать запросто так управленческие кадры не позволю никому. Не зря в строй вернулись многие старые кадры, что были волюнтаристки выкинуты при Никите и позднем Сталине. Да-да, последние годы правления Вождя проложили путь гиблому пути Хрущевских метаний. Пока не готов высказать, отчего так вышло. Но я даже Молотова к себе в Кремлевские структуры прибрал. Но строго-настрого приказал ему не высовываться и мемуаров не выпускать. Потом. Когда-нибудь потом. Старый большевик меня отлично понял и кое в чем оказал неоценимую услугу.
Народ в целом за годы моего правления осознал, что резких шатаний не предвидится и массовых репрессий не случится. И что практически каждый месяц в их жизни происходит нечто хорошее. Пусть и незначительное. Но пока советская пропаганда настроена именно так. Показывать реальные достижения державы для «маленького человека». Ему плевать на гигантские стройки и прорыв в космос. Вот когда рядом с его домом строится детская больница, ясли, вместо колдобин появляется асфальтированная трасса, а в ежедневном рационе добавляются рыба, свежие овощи и фрукты, то настрой сразу же становится иным. О нем советская власть помнит и заботиться, а требует взамен лишь хорошо и профессионально трудиться.
На самом деле при капитализме ровно то же самое. Разве что акценты иные: ты с детства видишь, что бывает с теми, кто не желает учиться и работать. Вот они рядом — отбросы общества, бездельники и бродяги бездомные. Кнут при капитале разве что пожестче. И все отношения регулируются с помощью денег. Вот тут мы пока не так сильно отличаемся. Разве что вместо налогов у нас сразу заложены «общественно значимые затраты». Но если посмотреть здраво: для сбора налогов, их распределения капиталистическому обществу приходится содержать огромные структуры. Бюрократический аппарат съедает всю мнимую эффективность. Хулители социализма об этом мило забывают.
Но меня уже ждут, я еще раз прокручиваю в голове текст. Читать буду не с бумажки. Так что экспромт обязательно появится. Потому речь записывается для монтажа и сравнения. Готовые варианты привезут ко мне завтра утром для выбора. Так что не буду затягивать.
— Леонид Ильич, сюда. Прогон!
Я сдвинулся с места, операторы так же. Режиссер и его помощники внимательно наблюдают, что-то обсуждая вслух. Но актер из меня прекрасный, я точно прошел по всем «точкам» и не вылез из кадра, остановившись напротив наряженной красавицы елки.