— Ящерица? Из тех самых проклятых Тенью Горихха лазучиков? Сколько вы нам крови попили! — начал подниматься огромный Орк.
Но Эльф совсем не испугался, он спокойно уселся на шкуру попроще, чем та, на которой сидел Могучий Лоырру. Он знал, что гостя пришедшего открыто и не выражающего агрессии, Уруки никогда не тронут. Закон гостеприимства был одним из столпов в Великой Степи. Хотя это раньше она была Великой, а теперь просто жалкий бесплодный огрызок былого великолепия. Видя такую картину, Орк плюхнулся на шкуру, и громовым басом прорычал:
— Аракха принесите! Мне и Гостю! — эльф при этом благоразумно прикрыл уши руками, слух у него был очень острым.
Вскоре молодой воин, очень похожий на Могучего Лоырру, занес в шатер большой бурдюк, от которого за несколько метров шибало отвратительным запахом. Аракх готовился путем грубой перегонки перебродившего молока гунхи. Крепость его была около пятидесяти градусов (П/А: по меркам Мира Земля ), и, естественно, никто не заморачивался отсечением «голов» и «хвостов». Уруки же считали, что чем сильнее утром болит голова, там Аракх лучше. Дикари! Но, несмотря на просто сногсшибательный запах, это было самое лучшее угощение, которое могли позволить себе могучие кочевники. Такова участь побежденных**!
Вождь глотнул вонючего пойла прямо из бурдюка и протянул его Эльфу:
— Пей!
И Лмаритель выпил, при этом даже не поморщился. Препараты, отключавшие чувствительность обонятельных рецепторов, у ушастого гостя были в наличии, поэтому для него это был просто крепкий алкоголь. А потом два разумных просто пили и жаловались друг другу. Урук на то, что они буквально задыхаются на тесной территории, что им нечего жрать, и что его народ вынужден ежегодно посылать большую часть своих молодых воинов на убой, чтобы было чем прокормить следующее поколение. На то, что люди с каждым разом становятся все многочисленнее и сильнее, а его племя, наоборот, угасает!
Эльф тоже не оставался в долгу, и рассказывал, как их травят в лесах, что раньше принадлежали уже его народу. Как взятым в плен эльфам промывают мозги при помощи Магии Разума, а потом отправляют на фермы, где разводят как скот! И с каждым годом такого скота на особых фермах становится все больше и больше. На Первородных Благородный детях Материнского Древа ставят евгенические эксперименты, скрещивая их как Стражей Порога (П/А: аналог собак у ксеносов). Это бесило Эльфов больше всего. Он, размахивая куском засохшей лепешки, почти визжал:
— Ты, представь, друг мой клыкастый, великую воительницу Остаримель, из Великого Клана Поющего Клинка, водят как гунхи на случку, в казармы воинов, где она сутками ублажает простых грязных солдат Чужаков (П/А: для эльфов все кто не эльф — грязные создания)! А-А-А-А!!! Какое унижение!