Винтовку бы к ним ещё. Но увы, пока не попалась.
Вообще, «лутинг» — это та способность, которую я стараюсь эксплуатировать по максимуму. Безопасно, прибыльно, без каких-либо негативных эффектов — чудо, а не способность. Минус в общем-то только в том, что объектов для «лутинга» ограниченное количество, особенно учитывая, что любые убийства мне противопоказаны, но в любом деле есть свои хитрости. Целая куча хитростей, на самом деле.
— Мастер Пётр, обед готов — сообщила хоббитянка.
Обедать мы по возможности стараемся вместе, ради чувства единства. Не всегда получается, поскольку вылазки богатыря и охотницы могут быть долгими, но стараемся. Благо у местных имеются хитрые горшки, в которых можно держать пищу до пары суток без порчи и потери вкуса, а потом просто разогреть. Вроде даже не магия, просто свойство материала и особой формы горшков.
И, кстати, про горшки…
— Шаари, пройдёмся — произнёс я, когда с едой было покончено. Девушка кивнула.
Район, в котором нас поселили, находился за городской стеной, и был в общем дешёвым. Впрочем, даже близко не трущобы; рабочий район под покровительством церкви. С рядом строгих правил, вроде соблюдения чистоты и взаимопомощи; хорошее место, на самом деле, просто скромное и небогатое.
Меня оно более чем устраивало.
Народ, идущий по своим делам, уважительно кивал, я отвечал тем же. Шаари ограничивалась чуть заметными движениями головы, и то не всегда.
Она, откровенно говоря, не любит людей, и напрягается, когда их вокруг много. Но старается, всё же по статусу игнорировать окружающих не положено. Для меня же соседи — это возможность в первую очередь делать «добродетельные поступки».
Когда твои поступки имеют прямые, явно видимые последствия — это очень стимулирует совершать правильные поступки. А в моём случае карма работает именно прямо и видимо, вовсе не в следующей жизни, как у всех… Впрочем, жаловаться было бы грешно. В смысле, недобродетельно, хе.
— Это все? — осведомился я. Панай кивнул.
— У брата сын родился, отмечали, так что… ну, не до горшков было.
— Поздравляю — я кивнул. Чуть подумал, и достал из кармана катушку с синей нитью, которую «лутинг» создал на тушке какой-то птицы, притащенной Шаари. — Вот, подарок.
Цветные ткани, и нити, тут имеют приличную ценность — опять же не как на Земле в средневековье, но всё же — так что во взгляде Горшечника появилась благодарность. «Горшечник» — это и профессия, и фамилия нашего хорошего соседа. Хорошего — поскольку его профессия дала мне прекрасную возможность эксплуатации своей способности.