«Вот сука черная, — промелькнула мысль, — из-за бабы влезли в конфликт и теперь придется нам все расхлебывать».
Лейтенант вторя моим мыслям, выругался на своем родном языке и перешел на системный, продолжив:
— Похоже, наш конфликт исчерпан, ввиду того, что Лаксиэль нас покинула.
— Я тебе уже направление указал, — ответил Марк Туллий. Исчезновение бывшей союзницы его вроде бы тоже немного ошарашило. — Recedite stultior asino! (лат. Проваливай, тупой осёл!)
— Вы наши гости, и недавно совершили подвиг, так что вам простителен небольшой дебош, — примирительно произнес лейтенант и обвел рукой вновь разгромленный трапезный зал.
— Валите уже!
Зеран скомандовал отступление, и его воины, не спуская с нас внимательных взглядов, но опустив винтовки, организованно вышли на улицу.
Как только они скрылись из виду, Марк Туллий скомандовал отбой своим легионерам и подозвал трактиршика, что вновь появился за стойкой.
Сообщив ему, что пировать мы закончили, и договорившись о постое для легионеров, он обратился ко мне, немного заплетаясь языком:
— Пошли в мою комнату, нужно обсудить все, что произошло.
Во время перепалки с Зераном я даже и не заметил, насколько он пьян. А обсудить произошедшее действительно нужно.
Как только зашли в комнату, легат первым делом скинул позолоченный панцирь, оставшись в белоснежной тунике. И немного освежившись, он уселся на кровать, оставив в моем распоряжении хлипкий табурет, невесть как затесавшийся в убранстве скромной каморки.
Марк Туллий с благодарностью принял от меня порцию целительной магии.
— Как тебе наше представление? — поинтересовался легат на языке Эллады.
— Какое ещё представление… — я удивлено приподнял бровь.
— Наша темнокожая союзница сейчас находится в моей торбе. Я, конечно, мог бы сейчас предоставить слово и ей, но… — произнес Марк Туллий, слегка наклонившись ко мне. Он обвел рукой стены. — В этом мире, у стен могут быть не только уши, но и глаза. Если верить Лоотууну, конечно.
Лихой способ придумал этот ромей. Надеюсь, у местных не найдется способа увидеть содержимое торбы.
После краткого обсуждения всего, что произошло за сегодня, мы разошлись.
На прощание Марк Туллий передал мне двадцать бездонных торб в качестве оплаты за оружие.
— Если не хватит, то можно будет и добавить.
Я отправился в свою каморку. Надо было хорошенько отдохнуть, а то не ровен час, опять что-нибудь стрясется.
Первым делом я снарядил трофейный пистолет и штурмовую винтовку, а то без огнестрельного оружия во время конфликта с Зераном чествовал себя словно голый.
Завалившись после омовения на постель, призвал комм, и с десяток минут увлеченно разглядывал разные места этого мира, запечатлённые с высоты птичьего полета.