— Короче, сын, не бзди, папа всё решит. Главное — отвлеки девку, Бессмертный на мне. И да, сын… — внезапно тон отца становится снисходительно мягким, таким, каким я никогда его не слышал. — А ты реальным мужиком вырос, как батя твой, ха-ха! Уважаю…
— Да ну тебя. — Усмехнувшись от столь редкой похвалы в свой адрес, нажав на кнопку, пускаю в кровь последние дозы адреналина и обезбола, молясь о том, чтобы их хватило.
Первой через стену, а не вход к нам ворвалась Ванесса. Кинувшись той наперерез, вновь на полную использую щупы и, подхватив её ещё на подлёте, останавливаю прямо в воздухе. Несколько секунд с её пояса, плеч, спины и даже шеи снимается всё, что только может выдать искру. Девушка сопротивляется, вырывается, чувствуется её бесконтрольная мощь, сила, способная крушить сталь, рвётся наружу. Она совершенна иная, нежели та Ванесса, которая осталась в моих воспоминаниях, но и я теперь далеко не тот простой пацан. Шести невидимых жгутов с головой хватает для того, чтобы связать её по рукам, ногам и даже заткнуть рот.
— Молодец, сынок, теперь ждём нашего главного гостя. — Напоказ смахнув успевшую подсохнуть на губе кровь, послал Ванессе воздушный поцелуй Андрей, но та и не дрогнула. Тело девушки и так на максимум пыталось высвободиться, что на неё обычную совсем не походило, а значит, её эмоциональное поле по-прежнему глушили препараты.
— Прости, Ванесса, но мне придётся это сделать… — Отец говорил, что это наркотик, и он был введён в тело, а, как известно, действие любого наркотика рано или поздно заканчивается. Андрей, предположив, что разум Ванессы свободен, уже попытался приблизить окончание действия химии, проломав той голову и заставив регенерировать. Но что, если просто спустить ей кровь, а потом пройтись и по органам. Способ крайне не гуманный, однако и Ванесса, умирая по сотне раз в сражениях против Оливера и даже порой меня, никогда о гуманности не задумывалась. Теперь-то я хорошо понимаю, почему… Одним острым жгутом подрезаю той сухожилия и артерии, что затягиваются буквально за пару секунд.
— Хорошая идея, только бить вдоль, а не поперёк, — злодейски советует Андрей, и эффект регенерации действительно замедляется. Глядя на безэмоциональные глаза, смотрящие исключительно на батю, с болью в сердце принимаюсь кромсать свою же подругу, на лице которой вне зависимости от ран не дрогнет и нерв.
— Так, так, так… Вот значит, как с пленным поступают молодые герои. Моё почтение, юный Тэн. — сначала слышится голос, после из-за угла показывается сам Бессмертный. — Прошу меня простить за прошлую вспыльчивость и несдержанность. Слегка разнервничался на фоне неосведомлённости.