Всё казалось предначертано,
Выбирай, не выбирай.
Планы хитрые исчерпаны,
И пыхтит кредитный рай.
Наступила неожиданно
Наша русская весна!
Возмущением невиданным
Разбудила ото сна.
И теперь мы очнулись и поняли:
«Мы ещё свою песню споём».
И теперь мы очнулись и поняли:
«Надо заново строить свой дом!»
И теперь мы очнулись и поняли:
‘Никому, кроме нас, не нужна
Наша жизнь, наша честь, наша Родина,
Наша правда, свобода, весна’.
Нас кормили обещаниями,
Кто наелся, кто не смог.
По дороге обнищали мы,
Вот и весь простой итог
Наступила неожиданно
Наша русская весна!
Возмущением невиданным
Разбудила ото сна.
И теперь мы очнулись и поняли:
«Мы ещё свою песню споём».
И теперь мы очнулись и поняли:
«Надо заново строить свой дом!»
Отрывок из песни «Русская весна» группы «Зверобой»
Пролог
Мир замер в тревожном, напряженном ожидании, люди на всех шести континентах, даже полярники в Антарктиде, не знали, чего ждать от захвативших их планету имперцев. Кто-то радовался, что богатые и знатные наконец-то получили по заслугам; кто-то горевал, понимая, что никогда больше западная цивилизация не станет во главе планеты, что ее потенциал полностью уничтожен; кто-то переживал о себе, любимом, вспоминая свои неблаговидные поступки, за которые вполне могло последовать наказание — чужаки жалости не ведали. Власть имущих безжалостно вешали на главных площадях городов, и это сильно настораживало людей. Ведь если так обошлись с теми, кто был неизмеримо выше их, то как поступят с ними самими?
Еще больше напугало то, как имперцы поступили с нацистами и многими националистами — их всех просто убили невидимые дроиды. И неважно, где они находились и к какому народу принадлежали. Достаточно было один раз зигануть или выкрикнуть что-то в поддержку Гитлера и его идей. Точно так же обходились с преступниками, их безжалостно расстреливали за любое правонарушение, от грабежа до безобидного воровства. А уж что творили с насильниками! Им отстреливали самое дорогое для мужчины, вызвав, правда, потом скорую помощь. Однако если выяснялось, что девушка огульно обвинила парня, а это тоже тоже случалось, такое же наказание получала уже она. Преступный мир замер в ужасе, оставшись без паханов — их перестреляли, как бешеных собак, не считаясь ни с чем. В России, например, вскоре напрочь исчезло такое понятие, как «вор в законе», поскольку оных воров попросту не осталось — за ними вели безжалостную охоту. И при обнаружении уничтожали не месте без суда и следствия.
Как ни странно, беспорядков в странах, не входящих в империю, почти не было — их подавляли довольно смешным способом. Достаточно было собраться даже небольшой толпе и устремиться грабить и жечь, как на всех бунтовщиков нападал неудержимый понос, причем настолько сильный, что о бунте и протестах они тут же забывали, становилось не до того — штаны бы сменить. Чиновники на местах продолжали работать, разве что зарплату им теперь платила империя. Все ни шатко, ни валко, но работало. Проблем, конечно, хватало, но выжить было можно.