— Комнату. Мне. — Низким рокочущим басом скомандовал бодигард. — И апартаменты люкс. — Он, молча, медленно перевел взгляд на шефа. — Поблизости.
— Будет сделано. Не извольте сомневаться. — Залебезила мелким бесом Елена Николаевна. И, ухватив со щитка ключи, побежала впереди будущих постояльцев, показывая дорогу. — В триста первом у нас сам Потапин останавливался, когда к нам в область на переговоры по нашему машиностроительному заводу приезжал. Остался вполне доволен нашим интерьером.
— И смотрите мне, — вдруг сделал суровое лицо, стоя уже на пороге апартаментов, телохранитель. — Чтоб ни одна живая душа! Сгною!
— Не извольте сомневаться. — Вновь зачастила администратор в закрывающуюся перед ее носом дверь и шумно выдохнула, едва узрев захлопнувшееся прямо перед ее носом створку задекорированной под ценные породы древесины двери.
— Гостиница вот! — Пак, вернувший себе внешность подростка, обвел рукой богато обставленный номер, состоящий из нескольких комнат, просто таки сверкавший чистотой. — А откуда тут возьмутся люди для общения? Может, опять пойдем по городу гулять?
— Люди будут. — Веско бросил тот, кто просил называть себя Эркином и его спутник резко замолчал. Словам божества полагается верить.
А взъерошенная и заикающаяся госпожа Вязникова, напрочь проигнорировавшая угрозу в ее адрес со стороны телохранителя, в этот момент уже звонила своему директору:
— Сережа! Что за дела! Почему я узнаю, что в город приехал Михайлов только когда он оказался уже на пороге нашей гостиницы? Да, тот самый Михайлов. Что значит, тебе не сообщали? Я прямо чуть не описалась, когда его телохранитель номера для себя с шефом потребовал. Да, разместила. Да, конечно, в люксе. Еще и телохранителю пришлось отдельный номер поблизости выделить. Спасибо, котик, твоя киска обожает бриллианты! Буду ждать! Чао!
Ну, а теперь немного сместимся в пространстве и совсем чуток вперед во времени. Утро следующего дня. Один из спальных районов на окраине города. С очень характерным названием: «Машиностроитель». Когда-то во времена советского застойного прошлого строительство этого микрорайона велось на средства местного машиностроительного завода всесоюзного значения. Ну, да, тогда многие заводы имели такое значение, и все, как один, что-нибудь строили. В перестроечные времена эффективные менеджеры растащили и распродали тот завод по кусочкам. Корпуса бывших цехов, в большинстве своем, ныне используются подо что придется: склады, офисы, торговые центры. Парочка зданий вообще, лишившись окон и дверей, работают наглядными иллюстрациями книжек постапокалиптического будущего. А народное название жилого района сохранилось. Старенькие трех-пятиэтажки, не считая более древних бараков, дешевое съемное жилье, разбитые частично дороги. Зато много зелени от разросшихся за более чем полвека деревьев и кустов, не облагороженных рукой человека.