Англичане густыми цепями вновь устремились вверх, к гребню перевала. Вновь открыли огонь орудия и батальон Королевского полка. С нашей стороны одиноко застукала винтовка Галковского, который шагов с восемьсот начал выбивать в первой и второй цепи офицеров и унтеров.
Потом к нему присоединился Нехорошев, как самый опытный пулемётчик. Длиной очередью, чуть ли не в ленту, он буквально выкосил половину первой цепи. Сменил ленту, поправил прицел и вновь приник к прицелу. В соседней ячейке его друг продолжал, как метроном долбить из винтовки, придерживаясь принципа: выстрел — труп.
Пять, десять минут боя. Британцы прут, как ненормальные. Вот за сипаями пошли цепи в красных мундирах. Ствол пулемета у Николая раскалился уже до того, что от него шел пар, Максим плевался — но стрелял, выкашивая лезущую вперед саранчу.
Штабс-капитан стрелял сразу из двух винтовок попеременно. Отстрелялся из одной, перебрался в другую ячейку и открыл огонь из другой. Пусть думают, что русских тут больше. Пули выбивали то одного, то другого противника, но остальные упорно лезли вперед. Английские солдаты, шедшие за сипаями, не давали повернуть им назад, стреляя в тех, кто пытался сбежать от боя.
Михаил отложил в сторону Мадсен, к которому кончились патроны, и взялся за Ли-Энфилд, так как к мосинке с оптикой уже закончились патроны. А за этой винтовкой, с которой познакомился во время англо-бурской войны, пришлось по-пластунски сползать к трупам англичан, набрав заодно и патронов. Чем хороша винтовка Ли-Энфилд, так десятью патронами в магазине, который можно быстро заменить. Совместив прицел и мушку на силуэте британца с саблей в руке, Галковский мягко потянул спусковой крючок. Ещё один труп.
Пулемет лязгнул затвором — кончились патроны. Нехорошев подтянул к себе мосинку, которую ему оставили при отходе основных сил отряда. Проверил наличие патрона в стволе, высунулся из-за щитка пулемёта и упал с пробитой головой, вызвав звериный рев из груди Галковского, который увидел смерть друга.
В этот момент над русскими позициями вспыхнули разрывы шрапнели. Британцы решились стрелять из четырех орудий, когда их цепи подобрались метров на сто пятьдесят к гребню перевала, где засели его последние защитники. Словно по команде, после разрывов снарядов, замолчали остальные Максимы. Толи погибли расчёты, толи и у них кончились патроны. В сторону британцев теперь стреляли только несколько винтовок.
Баштырев сменил магазин винтовки и высадил его в наседающего противника. Те уже примкнули штыки и готовились к последнему рывку. Начал снаряжать винтовку новой пачкой и почувствовал кого-то рядом, но повернуться не успел. Над головой разорвался новый заряд, удар по голове и темнота.