Герман там, за чертой, но в том месте его нет. Бок о бок с тем, кто вечно падает, но никогда не упадет. Кто никогда не упадет, ибо давно упал, но вечно падает. Под руку с тем, кто за чертой и нет.
«Чушь какая-то… — хмурился я, тщетно пытаясь распутать этот клубок. — Частенько, вспоминая завтра, я, как всегда, впервые ошибаюсь…»
Бредовая, непонятная, абсолютно не укладывающаяся в голове бессмыслица, из раза в раз рождающая логические парадоксы.
Он там, но не там. Рядом с тем, кто падает, но никогда не упадет. Кто никогда не упадет, хотя давно упал, но в то же время вечно падает.
Нет.
С позиции наблюдателя мне это не осилить. Аналогично тому, как и ученым не понять сингулярность, часами глядя на изображение «огненного пончика».
А это значит, что я должен отправиться дальше. Уйти туда, за «горизонт событий».
« Осторожнее, Эо О’Вайоми, — на этот раз в голове прозвучал голос Системы. — Подобные игры крайне опасны. Пусть даже они — лишь плод твоего воображения».
«Да-да, и ты тоже иди на хер. Бесчувственная сволочь, заставлявшая меня смотреть, как Хангвил умирает, — мысленно отвечал я. — Если так волнуешься — иди и спаси Германа. Вытащи его как в прошлый раз у Аргентависа. Тебе это по силам, я знаю. А коли не можешь или не хочешь, то будь любезна, захлопни варежку и не лезь. Справлюсь сам».
Система не ответила. Молча обвела меня невидимым взглядом и вскоре исчезла.
Тогда как я, окончательно собрав волю в кулак, наконец решился.
Шаг вперед.
Падение вниз.
Ощущение, будто мое тело распадается на атомы, стремительно превращаясь в ничто.
И… застилающий глаза яркий свет.
А также крики чаек… разбивающиеся о берег волны… кошачий медведь, сладко потянувшийся у меня на коленях.
С минутным запозданием до меня дошло, что, занырнув во тьму, ко дну галактики, я просто-напросто проделал круг — вернулся обратно в чертоги титана. Туда, откуда начал.
Хотя, походу, я и вовсе их не покидал. Ни астрально, ни тем более физически.
— Да уж, — покачал головой я, медленно выпрямляя затекшую спину. — Как ни крути, но «стихиалиевый монах» из меня никудышный.
Даже немного обидно.
Хотел помедитировать, передать другу весточку, но в результате тупо задремал и проспал до утра, что в общем-то уже случалось со мной, и не раз. За последние тридцать лет Заранда вдоволь насмотрелся, как его ученик бесстыже дрыхнет на голом камне. Причем не просто спит, сидя словно старик, но иногда нет-нет, да и заваливается вперед, падая в воду с уступа.
Одно хорошо: я капитально выспался. Встретил не только закат, но и рассвет. И под конец решил еще немного задержаться, в глубине души рассчитывая услышать звук, что раздражал меня десятки лет. Бесил, действовал на нервы, заставлял сердито вскакивать, выкрикивая в сторону моря пустые угрозы, но в то же время являлся элементом настолько неотъемлемым и предсказуемым, что без него наш новый день казался мне неполноценным.