Интересно, блондинке он тоже самое говорил? Что рано, что он не готов стать отцом, что она слишком молода, чтобы положить себя на алтарь материнства?!
Те дети – такие же осечки, просто случившиеся раньше и не изгнанные таблеткой? Или все же нет.
А ведь мальчика Власов заделал уже во время нашего романа. Пора бы ему научиться не осекаться.
– Козел, какой же он козел, – шепчу куда–то в небо.
Надо собраться с мыслями и вызвать такси. Пальцы дрожат, перед глазами пляшут мушки от нервов. Называется, прогулялась, чтобы развеяться и привести мысли в порядок.
Нет, я рада, что узнала правду об Алексее, а не встречала его завтра на годовщину, подспудно ожидая предложения руки и сердца. Но вот что–то прямо сейчас мне очень нехорошо.
– Настя, я нашел тебя, – доносится вдруг сбоку и бывшие такими родными еще полчаса назад руки обнимают меня и прижимают к себе. – Ну полно, все будет хорошо.
К горлу подкатывает тошнота. Одно дело разговаривать с этим нечистоплотным по телефону, и совсем иное вдруг оказаться в его лживых объятиях.
– Убери руки! – вырываюсь и добавляю со злостью. – Пришел меня задобрить и убедиться, что я точно не побегу к вам во двор?!
Глаза Власова виновато бегают, не в состоянии остановиться на чем–то одном. И следить за этим зрелищем крайне противно.
Я мечтаю оказаться далеко–далеко прямо сейчас или хотя бы в своей съемной квартире. Жаль, люди в реальности не владеют телепортацией. А то бы жизнь стала намного проще. И проблем с выхлопными газами больше не было бы.
Но, конечно, подобное умение невыгодно слишком многим. В моей голове такая каша. Не иначе, чтобы купировать эмоции мозг зацепился за фантастические рассуждения.
– Может быть, я отвезу тебя домой? Ты бледная, – говорит Власов вместо ответа на мой вопрос.
– Иди ты, – коротко выплевываю и демонстрирую Алексею неприличный жест со средним пальцем.
Затем поднимаюсь на ноги с твердым намерением уйти, да только мой организм дает окончательный сбой, потому что уже в следующую секунду я оседаю обратно на лавочку…
– Что с тобой? – пугается Леша, становясь серее асфальта. – Нельзя же так нервничать, Настенька, – произносит он и нервно оглядывается назад.
– Не обольщайся, Власов, не ты основная причина, – откидываюсь обратно на скамейку и массирую виски. – Собеседование вечером было, вот мне кусок в горло и не лез целый день.
– Да? И как прошло? – оживляется Алексей.
– Как обычно, – недовольно хмурюсь. – И не нужно мне говорить, что ты так и знал. И вообще, что ты тут сидишь? Ждешь, пока у меня восстановятся силы, чтобы врезать тебе по яйцам? Не скоро, можешь идти обратно. Не мозоль глаза, не раздражай сильнее.