Джемал крайне переживал, когда что-то шло не так. Уверен, на нём и клятва верности и преданности висит. Его кто-то забрал — единственная возможная версия. Надеюсь, что местные, а не та летающая тварь.
Я наблюдал за военными, жандармами, чтобы найти тень. Прислушивался к разговорам. Турецкий знал ужасно, но базовые фразы и интонации улавливал. Никто не говорил о пойманном предателе или странном человеке, только о монстрах, которые появились в городе.
Турки лишь прочёсывали Бахчисарай на наличие тварей. Методично, дом за домом, переулок за переулком. Команды по пять-шесть человек, вооружённые до зубов, сновали по улицам.
Жители тем временем уже занялись восстановлением разрушений, которые мы тут нанесли. Мужчины заделывали дыры в стенах, женщины подметали осколки, дети помогали таскать воду. Обычная жизнь восстанавливалась с поразительной скоростью. Люди привыкли жить в мире, в котором монстры — не редкость. Тем более в Османской империи, где серая зона везде под землёй.
Я использовал это время, чтобы изучить свою рану и её последствия. Пульсация стала ритмичной, почти привычной. Жить можно, уже привык. Ледяная корка держалась всё дольше с каждым разом. Тело адаптировалось, магия подстраивалась. Даже нашёл способ кое-как восстанавливать источник. Но цена… Охренеть какая огромная. Использовал всё, что у меня было из восстановления магии, — эталонка, четвёртый улучшенный ранг. Внутренний хомяк скрёбся, стучал своими лапками, когда обнаружил такое расточительство.
Моё наблюдение порадовало. Всё-таки не полная блокировка магии, а лишь на девяносто пять процентов. Рана вытягивала магию, но не всю. Тонкий ручеёк ещё тёк в моём источнике, позволяя медленно, по капле, восстанавливаться. Зелья тоже работали на пять процентов от своих возможностей.
Прикинул, сколько мне потребуется сил, чтобы добраться до Константинополя. Вывод? Срочно нужен огромный запас зелий. Только они могут компенсировать утечку и обеспечить достаточно магии для путешествия. И я знаю, где его найти. Точнее, не так. Конкретное место мне неизвестно, но у турок есть моя арестованная партия. Зелья, которые должна была продать Зейнаб, сейчас хранятся где-то в городе. Огромная партия! И я её заберу себе.
Поэтому прямо сейчас охотился на одного военного. Он попался мне на глаза ещё час назад, когда раздавал приказы отряду, прочёсывающему южную часть города. Судя по тому, как себя ведёт, он какая-то шишка. Военные склонялись перед ним, исполняли каждое слово беспрекословно. Как раз то, что нужно.
Мужик лет сорока, в форме с золотыми аксельбантами и множеством нашивок. Холёная бородка с проседью, цепкий взгляд человека, привыкшего командовать. Сейчас он с группой прочёсывал переулок недалеко от центральной площади. Пять солдат, все вооружены, движутся клином. Офицер — в центре, защищён со всех сторон. Осторожный, опытный.