Убрав одну руку от стены, я провёл ей по круглой метке на грудине, стирая с неё полностью оставшуюся на коже кровь и грязь, после чего смог в деталях рассмотреть своё клеймо.
Двойной круг, в наружном из кругов которого, расположились неведомее мне письмена. Во внутреннем же круге, печать содержала рисунок песочных часов со знаком бесконечности, а вокруг него по кругу расположилось десять звёзд, под каждой из которых располагалась черточка, походившая на римскую цифру один.
Девять единиц были яркими, а одна совсем блёклая, но стоило мне сфокусировать на ней взгляд как ещё одна единица потускнела, а одна из десяти звёзд стала более яркая и насыщенная, словно ей прибавили контрастности.
Вместе с созерцанием неясности происходящего, я внезапно осознал, что когда все чёрточки потускнеют, придётся отправиться в первый лабиринт.
Тяжело выдохнув, я отвёл взгляд от метки, и приступил к мытью, после которого я вышел из ванной комнаты в одном полотенце повязанным на бёдрах.
Усталость во всём теле давила на меня всё сильнее. Хотелось просто рухнуть в кровать и, проспать пару суток не просыпаясь, однако вместо этого, я прошёл на кухню и, поставив чайник, приступил наводить себе кофе.
Через десять минут, я уже был в зале, включив при этом телевизор, после чего рухнул в кресло, начиная переключать каналы, но везде транслировали одно и то же.
Центральный зал федерации Арканов, где с минуту на минуту должна была начаться пресс-конференция.
Отхлебнув из кружки, я смотрел на трибуну, на которой начали подниматься люди в деловых костюмах и выстраиваться только в одном им ведомом порядке.
И вот через пару минут началось самое интересное. К трибуне подошёл высокий пожилой мужчина в чёрном деловом костюме тройка, после чего поправив микрофон, заговорил:
— Прошу внимания.
Я сидел в кресле, и пил не спеша кофе, слушая, что говорил уполномоченный член федерации Арканов, давая отчёт по поводу подземелья «А» ранга, которое по итогу, оказались и не «А» ранга вовсе, а «S».
А послушать было чего. Пожилой мужчина со скорбным лицом, чуть не давя слезу, вещал, как три клана ценой необратимых потерь смогли остановить ужасающую трагедию, которая нависла над Сеулом и всей Кореей в частности.
Он говорил, что ценой своих жизней воины кланов смогли вырвать победу и зачистить подземелье, тем самым защитить сотни тысяч жизней обычных граждан.
И вот после вступительной проникновенной речи, этот дядька, не выходя из образа страдальца, заявил во всеуслышание, что клан Созвездие уничтожен полностью, как и клан Единство. Только один воин Аркана из Созвездия и два из Единства остались живы.