Весов на месте не оказалось.
Не оказалось их и под столом, и вообще в лаборатории.
— Так где же ваши весы? — с чуть различимой угрозой в голосе поинтересовался ньор Риччи.
— Наверное, Огонёк утащил, — предположила я и пошла их искать.
Инквизитор неотступно следовал за мной по комнатам.
Весы действительно обнаружились в спальне. На полу. Возле наскоро заправленной кровати. Я наклонилась за ними и подала ньору Риччи, сгорая от неловкости.
Он, впрочем, тоже был красный, как шиповник за окном.
— Благодарю вас, — инквизитор прижал весы к груди.
— Не меня. Огонька, — пробормотала я и поспешила на кухню.
Демонов пузырёк жёг мне руку не меньше, чем стыд — щёки. Я была в спальне наедине с неженатым мужчиной!
Красивым неженатым мужчиной.
В кухне я встала так, чтобы видеть входную дверь, но чтобы вошедшему мою руку с зельем видно не было, и быстро выплеснула содержимое.
Фух!
Отёрла пот со лба… и заорала!
Паршивец Огонёк снова прыгнул мне на спину, где шевелились кисти платка. Я неловко развернулась, пытаясь его схватить. Заварник слетел со стола.
…Он летел, летел, пока не разлетелся, разбивая на осколки мои надежды.
— Что у вас опять случилось⁈ — в кухню вбежал ньор Риччи.
— Ничего, — печально вздохнула я. — Я просто разбила чайник. И поймала Огонька.
Я повернулась спиной.
— Вы его или он вас? — хохотнул инквизитор, снимая котика с меня.
Когда я обернулась, он держал Огонька за шкирку. Тот втянул голову в плечи, зажмурил глаза и прижал уши от ужаса. Но ньор Риччи прижал его к своей груди и погладил.
А я бы точно прибила.
— Это уже неважно, — вздохнула я. — Простите, я замету осколки.
— Да-да, конечно. Думаю, сегодня у нас с чаем не заладилось.
И не только с чаем. Просто вы, ньор Риччи, пока не понимаете, насколько.
Конец ознакомительного фрагмента.