Пока основной рассказчик переводил дух, а заодно освежал в кубках рубиновый напиток, «включился» Сергий. Рассказав краткую предысторию, что снова отличалась от канонической версии. Которой, впрочем, из нас всё равно никто не знал. Поэтому снова поверили деду на слово.
Стёпка родился, что было ясно из прозвища, в Устюге. Мать его была дочерью кузнеца, а по совместительству — тамошнего Мастера, Ивана Секирина. Предком которого был Олаф Секира, человек, истории которого позавидовал бы, наверное, и Никола Болтун. Бело-алые паруса его драккаров сеяли панику на суше и на воде, от Зелёной земли до Восточных ледяных морей, пугая одинаково иннуитов, ислендигаров, самоедов, нганасан и ненцев. Среди Странников, Мастеров и Хранителей, как я понимал, вообще хватало людей «с историей».
Отец Стёпки, родом с Новгорода, звался Симеоном по прозвищу Храп. Там в то время таким словом называли не тех, кто умел громко спать сидя и стоя, а людей сильных, энергичных, эмоциональных. Ярких. И был Стёпкин батя Хранителем Ели Устюжской. Ну, и служителем Успенского собора — тогда одно другому не мешало. До тех самых пор, пока в один день не сгорели все трое: Симеон, Ель и собор. Чёрные были мастерами диверсий и тайных ликвидаций. Которые переставали быть тайными, когда заканчивались катастрофическими пожарами, превращавшими в пепел и золу километры зелёных лесов.
Мать Степана умерла от горя. Почернела и умерла. За неполный час. Сам он, со слов очевидцев, сошёл с ума, сделался дик и буен, бросаясь на людей в толпе. Отливали водой. Запирали в холодную. В общем, успокаивали бедного сироту, как могли. Долгие годы после этого провёл он в Григорьевском затворе, Ростовском монастыре, изучая все источники, до которых мог добраться. На торгу изводил вопросами купцов и торговый люд с севера и запада. Южных и восточных обходил стороной. Узнал про гибель Древ на землях русских. Про прививки чёрные, что из оставшихся древних обитателей Земли делали ширмы для злой людоедской воли. А из их двуногих соседей — кормушки для слуг Чёрного Древа. И стал Странником.
Имея мотивацию, время, источники и навыки, можно добиться многого. Степан, нарисовав на стене кельи примерную карту известных на ту пору земель и нанеся на неё сведения, полученные от торговых гостей и переселенцев, бродяг и нищих, иноков и княжьих людей, понял, что из-за Поясова Камня, как тогда звали Уральские горы, на родную землю наступал враг. И вышел ему навстречу. Но не наобум, а возглавив настоящую миссионерскую делегацию. В которой, как водится, были и воины, и лекари, и шпионы всех мастей. Делегация несла свет истиной веры дикарям-язычникам. Стёпка Устюжанин нёс кровавую жажду мести чёрным тварям. Так хорошо и ярко знакомую теперь мне. И донёс. И, как процитировал Сергий, «сокрушил, огнём пожёг, топором посёк, испепелил без остатку». По чистой и необъяснимой случайности вышло так, что все чёрные кураторы, что вышли с миссией из Москвы, до цели не добрались, сгинув при странных и непонятных обстоятельствах. Поэтому, когда в столицу донеслись вести о ревнителе веры в диких лесных землях, там сперва очень обрадовались. А потом неимоверно разгневались, узнав, что среди сожжённых и посечённых топорами были только и исключительно Древа, пережившие чёрные прививки.