— Обязательно вас послушаю, но чуть позже, — сказал агент Джонсон. — Сейчас давайте проясним главное. Из какого вы года?
— Из две тысячи двадцать первого, — сказал Алекс Эддисон. — Я умер во время пандемии ковида-19. Предполагаю, что не от самого ковида, а от последствий вакцинации, навязанной нам фармакологическими компаниями. Но доказательств этого я предоставить, разумеется, не могу.
— Что ж, на сегодня я услышал достаточно, — сказал агент Джонсон. — Пойдемте, доктор.
— Эй, вы куда? — возмутился Алекс Эддисон. — Мы же только начали… Я же вам еще о лутинге не рассказал, об институте отмены, о том, что гомосексуализм больше не считается болезнью, женщины могут зарабатывать больше мужчин, а презервативы можно спокойно купить в любой аптеке…
Они остановились в коридоре, и агент Джонсон закурил сигарету.
— По найденным у него водительским правам, выданным в Аризоне, пациента зовут Линдон Форд и ему семьдесят четыре года, что вполне соответствует его внешнему облику, — сказал доктор, глядя на агента снизу вверх. — И он, совершенно очевидно, не черный и не боевой вертолет «мохаве». Поэтому мне крайне интересно, что по этому поводу думает ФБР и почему ФБР вообще этим случаем заинтересовалось. Он не просто сумасшедший, а внедренный к нам агент влияния коммунистов?
— К сожалению, он может оказаться ни тем, ни другим, — сказал агент Джонсон.
— То есть, вы хотите сказать, что…
— Это абсолютно секретная информация, — сказал агент Джонсон. — И прежде, чем мы продолжим этот разговор, вам надо будет подписать кое-какие бумаги. А пациента этого мы у вас, разумеется, заберем…
Люберцы.
Люберцы никогда не меняются.
На этот раз их было трое и они были постарше. Не гопники, а уже почти братки. Одеты они были по-летнему — кроссовки, футболки, спортивные штаны. По погоде, в общем-то, одеты.
Мне в моей осенней куртке и ботинках стало жарко уже практически сразу же по прибытии. Поэтому, пока я окончательно не пропотел, я начал снимать с себя куртку.
За этим занятием они меня и застукали.
— Правильно делаешь, дядя, — сказал один из братков. — Потом сразу сюда ее кидай, уж больно мне фасон нравится.
— Да что же мне так с вами не везет? — вопросил я. — Почему вас так и тянет ко мне, так и тянет? Ведь есть же и более простые способы покалечиться. Под электричку же можно прыгнуть, например, или просто в стену с разбега…
— Слышь, пассажир, а ты откуда вообще нарисовался такой нарядный? — поинтересовался другой. — Ведь не было же никого.
— И чего так тепло оделся? — спросил третий. — Болеешь?