Уже целый месяц я скитаюсь по этому прокажённому лесу. Тогда я ещё не знал. чем обернётся моё бегство из секты кровавого корня, но теперь…
Это место, этот чертов лес, совсем не то, что я думал изначально. В этом месте царит животный порядок. Мрачные твари и кровожадные звери снуют ночами не давая сомкнуть глаз.
Первое время я осторожно просачивался сквозь тонкие стволы деревьев. Низко падал и ползал в надежде на то, что громадный зверь с белоснежным загривком не заметит меня. Осторожно пил воду из небольших ручейков, оглядываясь по сторонам…
Но столь сложное время, в котором я никогда не оказывался прежде, воспитало во мне неизвестное доселе чувство. Я стал ощущать чужие взгляды своей кожей. Не важно кто это — насекомое, зверь или же рыба. Я всё чувствовал! Неоднократно я оказывался в моменте жизни и смерти, где любой вздох мог оказаться последним и это самое чувство позволяло выбраться из ледяного погреба, обратно в тёплый, живой мир.
Моё тело перестало быть нежным и хрупким. Теперь его опоясывают ужасные шрамы, что словно блики солнца танцуют на грубой мускулатуре.
За это время сын усопшего мастер Ченя, так и не разомкнул глаза. Если бы не его ровное дыхание, я бы подумал, что он помер. Он стал невероятной обузой и если бы не чувство преданности, то я бы давно его бросил.
Из-за него я практически погиб, столкнувшись со зверем на пике стадии основания. Чертова обезьяна практически разорвала меня напополам и только полная мощность Ци меча, помогла одолеть её.
Стоя посреди бескрайних лесов, которым нет конца и края, я слегка принюхался к окружающим меня запахам. В этот момент весь мир разделился на небольшие полосы, которые расходились в разные стороны. Запах свежей травы, перегнивший листвы, сосновой смолы и жира.
— Кабан? Нет, не простой кабан. Он на стадии основания! — я слегка облизнул губы и примерно прикинув направление, не спеша побрёл в его сторону.
Я старался сохранять спокойствие и рассудительность, ведь звери чувствуют малейшие изменения в эмоциях и могу почувствовать меня за километры.
Кабан был небольшого размера, чуть меньше новорождённого телёнка. Он чутко принюхивался к окружающим его запахам в попытках выявить опасность. Зверь вроде бы не учуял ничего подозрительного и вспоров бивнями корневища молодого деревца, опрокинул его на бок.
Под корнями дерева, покоилась целая гроздь чёрных, словно сама смерть грибов. Он сверкнул своими чёрными глазками и впился в них, смачно причмокивая.