— Я не помешал, голубки?
Люта дико засмущалась, едва успев отлипнуть от меня. И даже отвернулась к другому окошку, делая вид, что ей интересно смотреть на сугробы и заметённые шапки лесополосы.
— Разъезд вернулся от нашего Славика, — начал докладывать витязь с позитивными нотами. — Говорят, князь там о крыльцо лбом бьётся. Орут, что всё золото пропало, а вместо него в тайнике две головы лежат. Гвардейцев кремлёвских съехалась тьма, учинили разборки, откуда у него головы Воронцова и мага дворцового.
— Молодцы девки! Ай, молодцы! — Рассмеявшись, захлопал в ладоши.
Пусть новость отличная и порадовала. Но заставила ехать в напряге до самого позднего вечера. Мало ли в хвост заедет очередной отряд разъярённых гвардейцев и затребует на допрос Морозовых. Но обошлось.
Другое теперь не обойдётся. Вячеслав получил от меня многозначительное сообщение и лишился уймы средств. Что ж, война объявлена. Посмотрим, какой он предпримет шаг.
А я пока буду наращивать и усиливать армию.
Проехав без остановки весь день и кушая на ходу, поздней ночью разбили лагерь у деревни, куда уже вернулись беженцы. В большой избе нас радушно принял староста. На ночь всем нашим женщинам комнаты нашлись. Я тактично в палатке с походной печкой залёг с бойцами.
Утром снова в путь. И так до Тулы плетёмся непозволительно долго. Дорогу скрашивает Люта, которая, как нежный котёнок вскоре вообще с моих коленок не слезает. С непривычки рот целоваться устал. А Огарёва быстро научилась сосаться по–взрослому, свой стиль выработала, пристаёт, как взрослая. Носиками трётся со мной, за лицо руками держит. И смотрит, смотрит так обворожительно.
В глазах ещё пламенная стихия. А ещё неожиданное напоминание!
Твою ж мать. У меня с демоницей сделка. Которая может и сорваться. Потому что долбанные жадные кремлёвские уроды меня продержали месяц. А я ведь вполне успевал. Но теперь вот что делать? Ждать нового Разлома? Поспрашивал в течении дня бойцов, и своих, и тульских. Новых трещин не слышно, не видно.
Пришла одна мысль вдруг, не сказать, что здравая. Вспомнил, что у Мрака в замке был портал, который держали четыре камня. Я их просто сдвинул, и потом вообще забыл их разломать. Получается, могу открыть портал сам. А точнее восстановить его, вернув камни на пентаграмму.
Дорога туда мне известна. Пролечу до замка за день. Вот и план родился. Осталось дотащиться хотя бы до Тулы, чтоб с Юрием по торговле решить. Я бы и сейчас рванул, Руяна мне рунного коня Ваську пригнала, он карету мою и тянет на пару с кобылой. Перепрячь да рвануть на нём — делов–то. Но пока неспокойно мне. Мамку не хочу бросать, да и Люту теперь тоже.