— Дядя, позвольте Висе помочь, — умоляюще коснулся его ладони Хафар. — Ей уже удавалось оживить животное, она обязательно спасёт Дилавию.
— Животное? — яростно прорычал он. — Но Дила — не животное, она — моя Истинная!
Не выдержав, подалась к нему.
— Прошу вас, господин ректор, если мы ничего не сделаем, Дилавия… она погибнет, — сипло всхлипнула, не желая думать о том, что подруга может умереть. — Дайте только один шанс попробовать… Пожалуйста…
В устрашающих бирюзовых глазах сверкнула осознанность.
— Попробуй и… только спаси её, я сделаю для тебя всё, что захочешь… стану твоим вечным должником…
— Нет, мне ничего не нужно, — поспешно утёрла выступившие слёзы. — Главное, чтобы Дила осталась жива.
Подняла ладони и на них возникла привычная сияющая агатовая дымка, и устремилась к умирающей подруге. Она опустилась на глубокую рану тонкой вуалью, кровь постепенно прекратила течь, а края кожи принялись стягиваться, вытягивая мою силу. Ректор и Хафар, похоже, заметили это, и торопливо взяли меня за руки. Наши энергии смешались, позволяя мне передохнуть.
На щеках Дилы неспешно появился румянец, дыхание выровнялось, и всё же она по-прежнему не пришла в себя, что не могло не волновать. В глазах Эминира я заметила отражение собственных мыслей. Отняла ладони и потянулась к подруге. Коснулась вены: пульс мерно отбивал спокойные удары сердца.
— Что-то не так… Нам необходимо как можно скорее вернуться в академию, — порывисто выдохнула и обратилась к опешившим драконам: — Чего застыли? Не слышали, что сказала? Жизнь Дилы висит на волоске!
Эминир
— Господин ректор, приехали студенты из Ивелении, — сообщил заместитель, едва вошёл в кабинет. — Его Высочество, принц дриад просит аудиенции, что ему ответить?
— Пускай подойдёт к обеду, — проронил холодно.
После происшествия с его братом, он едва ли не боготворил меня, словно полагал, будто исключительно ради него я пошёл на вмешательство в престолонаследие дриад. Неужто юный принц до сих пор не понял, что причина моего поступка заключалась в отношении Фриланиаса к Дилавии?
Дилавия…
Моя прекрасная Истинная, рядом с которой я больше не заслуживаю находиться. Перед мысленным взором до сих пор стоит мучительная картина, как её доверчивый взгляд широко распахивается от нежданной боли. В момент, когда держал умирающую Дилу на руках, осознал, что совершенно не подхожу такой чистой и невинной девушке, как она.
Пускай моей вины в смерти дочери ведьмы и нет, но благодаря ей удалось принять собственное недостоинство. Чуждая Душа заслуживает мужчину, в котором напрочь отсутствуют самомнение и гордыня. Учитывая нашу с ней связь, возникшую из-за призыва, стоит помочь Дилавии отыскать свою судьбу в этом мире.